«Когда Яше годика четыре было, он мне обещал: вырасту, сошью тебе топ-топ». История семьи бобруйских сандляров

6079
Артём ЛУКЬЯНОВИЧ, фото автора
Яков Поляков – потомственный сандляр, что на иврите значит «сапожник», и директор бобруйской мастерской по ремонту обуви, которая поэтому так и называется: «Сандляр Бобр». Поговорили с обувным мастером о его работе и семейной династии.
10.11.2023, Бобруйск. Яков Поляков в своей мастерской «Сандляр Бобр».
10.11.2023, Бобруйск. Яков Поляков в своей мастерской «Сандляр Бобр».

Когда мы делали обзор цен в городских обувных мастерских, стало понятно, что с Яковом еще есть много о чем поговорить интересном. А для Якова та статья тоже наделала шуму:

– В субботу на сайте написали, а в воскресенье с утра стали звонить знакомые: «Ты у нас – звезда!» Прочитали и стали друг другу рассказывать. Потом в среду газета вышла – пошли люди массово, и с района, и даже с Гагарина и 6-го. Говорят: мы про вас прочитали, хотим сдать у вас в ремонт. Я им: «А вдруг я плохо делаю?» – «Нет». Вы ж написали, что и ремонт одежды делаю – и с ней прибежали. Хотя про это постоянно на двери написано, но на дверях большие буквы не читают, а в газете маленькие увидели (смеется).

– Внучка клиентки узнала на заглавной фотографии бабушкин ботинок, та потом радостно говорила: «Я видела, как вы его делали!» – продолжает Яков. – И мама девочки, что 10 лет назад подарила самодельный сапожок, тоже его увидела на фото. Порадовались, что сохранился. Теще соседи сказали, что про зятя написали в газете. Я и не думал, что столько народу газету читают!

«Исаак родил Зяму, Мишу, Леню, Мулю...»

06.12.2023, Дора и Анатолий Поляковы в мастерской сына«Сандляр Бобр».
06.12.2023, Дора и Анатолий Поляковы в мастерской сына«Сандляр Бобр».

В день нового прихода корреспондента в мастерской работало три человека – кроме Якова, еще Анатолий Константинович и Дора Леонидовна. Его родители. Ранее сотрудники этой мастерской, а теперь пенсионеры.

– Когда вы позвонили, что сейчас придете, я аж засмеялся – будто специально их позвал. А они совершенно случайно собрались сегодня прийти что-то поделать – для себя, для знакомых. Ну и клея родного понюхать, – смеется Яков. – Хотя мы, конечно, уже почти не ощущаем этот запах, привыкли.

06.12.2023, Бобруйск. Анатолий Поляков в обувной мастерской сына «Сандляр Бобр».
06.12.2023, Бобруйск. Анатолий Поляков в обувной мастерской сына «Сандляр Бобр».

– Я и не думал, что когда-нибудь на пенсию пойду, – говорит «доктор обувных наук» Поляков-старший, зашивая… боксерскую перчатку. И такие заказы бывают – почему нет, если у клиентов – кожа, а у обувщиков – руки.

В общем, рассказывать про семейную династию, вспоминать и уточнять подробности было кому.

– И мой отец, и его деды-прадеды все были сапожники! – с гордостью заявляет Дора Леонидовна.

Династия сапожников Хайкиных на семейном празднике. Слева направо: Леонид с внуком Мишей Поляковым, Дмитрий, Самуил, крайний справа – Михаил.
Династия сапожников Хайкиных на семейном празднике. Слева направо: Леонид с внуком Мишей Поляковым, Дмитрий, Самуил, крайний справа – Михаил.

Самый старший из династии, про кого хорошо известно – прадед Якова, дед Доры Исаак Хайкин – был сапожником в Рогачеве. До войны. А в войну пошел на фронт и погиб, как и его старший сын. Но всего у него было 5 сыновей и 4 дочки. «Исаак родил Зяму, Мишу, Леню, Мулю, Леня родил Дору, Дора родила Якова и Михаила» – династия продолжилась. Леонид поработал сапожником до войны. Зяма (так по-семейному, официально Дмитрий) и Муля (Самуил) Хайкины работали в Бобруйске: Муля – в райбыткомбинате, а Зяма – на ФИРО (фабрике индпошива и ремонта обуви), впоследствии – «Славутиче». Михаил работал обувщиком в Рогачеве.

Анатолий Поляков – подмастерье. Рогачев, конец 1960-х.
Анатолий Поляков – подмастерье. Рогачев, конец 1960-х.

А как в этой семье оказался Анатолий Поляков – закрученная история. Он тоже из Рогачева, но рос в детдоме. Подростком пошел учеником к обувщику Михаилу Исааковичу. В 1970-м учился на курсах в Гомеле, выучился на модельера-заготовщика и мастера новой технологии – только тогда в СССР стали в сапоги вшивать замки.

Анатолий Поляков – подмастерье. Рогачев, конец 1960-х.
Анатолий Поляков – подмастерье. Рогачев, конец 1960-х.

– Какое облегчение сделали женщинам! – вставляет Дора Леонидовна.

Да, наконец-то, сделали, хотя придумали высокие женские сапоги с застежкой-«молнией» еще в 1959-м, причем, в СССР. Но все эти годы пользовался этим изобретением только остальной мир.

– А после курсов, – продолжает Яков, – папа с дядей Муликом (Самуилом Исааковичем) поехал в Казахстан. Папа, кстати, заменял дяде Муле старшего сына, и сам его очень ценит, даже чтит.

– Он мне, как отец, – с чувством добавляет Поляков-старший. – У меня дома его портрет стоит.

Так вот, сразу по приезде в Казахстан Анатолий познакомился с еще одними родственниками Самуила и с его племянницей. Самуил Анатолию Дору «засватал»: «Она домашняя». И очень быстро Анатолий с Дорой поженились.

«Сапожника понесли!»

Леонид Хайкин поехал в Казахстан на «целину» еще в 1956-м. С тремя детьми, Доре тогда было всего 10 месяцев. Именно из-за детей и поехал – на целине давали «подъемные», а в Беларуси большую семью содержать было сложно. А сразу после войны Леонид работал в Узбекистане и там был репрессирован на 7 лет. «По тем временам немного», – говорит Яков. Вышел – и в Казахстан. Работал там уже не сапожником, а...

– Кем только ни работал, – говорит Дора Леонидовна. – И я там прожила 25 лет, а папа с мамой – 28, до пенсии.

Самуил Хайкин (слева) и Анатолий Поляков в Казахстане, 1970-е.
Самуил Хайкин (слева) и Анатолий Поляков в Казахстане, 1970-е.

А Мулик с Анатолием и в Казахстане работали сапожниками.

– Они шили казахскую национальную обувь, – рассказывают дочь и внук. – Ичиги (ударение на первой букве) – повседневная, вроде высоких тапочек или мягких ботиночек, и саптама (ударение на последней) – высоченные сапоги для верховой езды и без разделения на правый-левый. Прямо на ичиги надевали саптама. А потом запустили массовое производство унт.

Дора, Анатолий и Яша Поляковы. Казахстан, 1970-е.
Дора, Анатолий и Яша Поляковы. Казахстан, 1970-е.

– У меня не было выбора, – выдыхает Яков. – Давай, мама, расскажем эту историю.

– Яша родился в Казахстане, в ауле в Карагандинской области. И когда его в роддоме несли первый раз матери в палату, казашка (которая рожала десятого, а я – первого) увидела его раньше, чем я, и громко всем сказала: «О, сапожника понесли!» Малыш был очень похож на папу, а не знать сапожника в Казахстане было невозможно – их было мало, и они очень ценились.

– Так что мне оставалось делать, – восклицает Яков, – если казашка при рождении так сказала?!

– Когда Яше годика четыре было, еще говорил плохо, – улыбаясь, вспоминает мама, – он мне обещал: «Когда вырасту, куплю тебе красивую платью и сошью топ-топ». Выполнил. И в Бобруйске уже во втором классе в сочинении писал, что хочет быть сапожником.

Яша, Дора, Анатолий и Миша Поляковы. Сапожниками стали оба сына.
Яша, Дора, Анатолий и Миша Поляковы. Сапожниками стали оба сына.

Да, как каждый уважающий себя сапожник, Яша не только ремонтировал, но и шил обувь, не только обещанную маме. Когда со всем, в том числе, с обувью, в стране было тяжело, а у Якова была свадьба – и он, и невеста, и ее подруги, и многие другие гости были обуты в сделанное им. И как каждый стереотипный сапожник, в последнее время Яков в основном «без сапог» – без своих.

– Все-таки сейчас выбор большой, так я ленюсь шить сам, когда можно хорошее купить. Много продается, конечно, ерунды, но мне с этим проще, я быстро качество определяю.

«Частники плохие, а мы в государственной ремонтируем»

В 1981-м Анатолий с Дорой и детьми вернулись в Беларусь. Дора работала ревизором Домов быта по району, Анатолий устроился на ФИРО. Там уже работало огромное количество его новых родственников, Хайкиных. А в 1993-м учеником пришел и Яша.

Бобруйск-1993. Фабрика индпошива и ремонта обуви.
Бобруйск-1993. Фабрика индпошива и ремонта обуви.

На этой фотографии Яша сидит в центре. Вторым слева стоит его отец Анатолий. Рядом с Яшей слева – бывшая ученица его отца, а тогда наставница Яши Анна Белан (в замужестве Чернова). За ней сидит двоюродный брат Доры Борис Самуилович Хайкин. На фото попал (стоит рядом с Анатолием) и родной брат Доры, Алик (Аарон) Хайкин, который – очень сложно поверить – не сапожник, а железнодорожник, просто заехал в гости вовремя.

– У меня все записи в трудовой на одной странице, – показывает Яков. – Это с учетом переименования ФИРО в «Славутич». А на второй уже «Уволен».

– На «Дажынкі», в 2005-м, фабрику расформировали, и нас всех отправили на вольные хлеба, – вздыхает Анатолий Поляков. – Я среди самых последних уходил.

Трудовая книжка Якова Полякова.
Трудовая книжка Якова Полякова.

Яков открыл ИП. Поляков-старший быть начальником не хотел, и сын взял родителей как наемных работников.

– Я папу называл «брэнд мастерской», – говорит Яков. – Он выходил к клиентам со своим юмором, они его знали под кличкой «Поляк». Два месяца мастерская пожила в одном здании с «Вестой», а потом переехала метров на триста – к почте, на Орджоникидзе, 42. Сюда же вслед за мастерами с ФИРО и «Славутича» перешли и многие клиенты.

– Многие ничего не заметили, думали, это тот же «Славутич». Даже говорили: «Частники плохие, а мы в государственной ремонтируем», – Поляковы смеются.

06.12.2023, Дора и Анатолий Поляковы в мастерской сына«Сандляр Бобр».
06.12.2023, Дора и Анатолий Поляковы в мастерской сына«Сандляр Бобр».

В лучшие времена в фирме Поляковых работало не трое, а 5 ремонтников (в том числе и Борис Самуилович) и два кассира. Дора Леонидовна пришла в семейную фирму как бухгалтер, кассир и приемщица, но…

– Но как-то муж не успевал что-то строчить, я помогла – так и сама стала ремонтировать.

Гены не обманешь.

В закрывающемся «Славутиче» Поляковы выкупили крутой «обувной комбайн» HARDO – хоть и 1987 года, но производства ФРГ. До сих пор прекрасно помогает выполнять множество операций с разной обувью.

Бобруйск. Яков Поляков и немецкий обувной комбайн в мастерской «Сандляр Бобр».
Бобруйск. Яков Поляков и немецкий обувной комбайн в мастерской «Сандляр Бобр».

А когда в Авиагородке военная часть распродавала имущество, там взяли рукавную машинку – она так и стоит в армейском ящике.

– Такого железа, наверное, никогда больше не будет, – говорит Яков. – У нее такая мощь – она шьет все! Хотя мы и взяли ее только с ножным приводом, двигатель не брали.

Рукавная машинка из армейских запасов в мастерской «Сандляр Бобр».
Рукавная машинка из армейских запасов в мастерской «Сандляр Бобр».
Анатолий Поляков на Фабрике индпошива и ремонта обуви. Бобруйск, 1980-е.
Анатолий Поляков на Фабрике индпошива и ремонта обуви. Бобруйск, 1980-е.

Есть и вторая такая машинка, Яков говорит: «Она китайская, но тоже хорошая». А есть и абсолютно уникальный, персональный инструмент.

– На ФИРО в особом модельном цеху (на Минской, где женская консультация и магазин «Квартал») работал папин друг Михаил Адольфович Безлер, настоящий немец, – рассказывает Яков. – Совершенно настоящий – педантичный, дотошный, бережливый. Изящную обувь делал. И у Михаила Адольфовича было хобби мастерить разные интересные вещи. И он сделал нам молотки под руку. Гипсовый оттиск ладоней делал, чтоб идеально ложился. Не молоток, а скрипка Страдивари. При правильном использовании одного хорошего молотка хватает на всю жизнь, а у меня и запасные есть.

Такие персональные молотки есть и у Анатолия, и у Якова, и у Михаила.

Персональный молоток мастера Михала Безлера в обувной мастерской«Сандляр Бобр».
Персональный молоток мастера Михала Безлера в обувной мастерской«Сандляр Бобр».

Кстати, брат Михаил, про две семейные мастерские которого мы писали 2 года назад, Якову не конкурент.

– Мы с братом работаем в разных районах, поделили город, – смеется Яков.

Приколы и подарки от клиентов

– Мы с братом ломаем стереотипы, – продолжает Яков Поляков. – Народная молва гласит, что сапожник – это матерщинник и алкаш. А мы не пьем, не курим, и ругаемся, только когда сильно припрет и не на рабочем месте.

10.11.2023, Бобруйск. Яков Поляков в своей мастерской «Сандляр Бобр».
10.11.2023, Бобруйск. Яков Поляков в своей мастерской «Сандляр Бобр».

Ругаться на работе можно разве что на качество современной обуви: прямо во время беседы Яков, только взглянув и сунув руку в очередной ботинок с рынка, комментирует: «Тут нарушены технологические процессы… все». Но комментирует меланхолично, давно привык. Гораздо больше ситуаций, когда хочется не ругаться, а смеяться.

Обувная мастерская «Сандляр Бобр» – номер телефона на чеке!
Обувная мастерская «Сандляр Бобр» – номер телефона на чеке!

–Я уже говорил, что не читают надписей на дверях, не знают официального названия мастерской и что сюда можно позвонить – хотя всю информацию получают приклееной к подошве. А я специально городской номер сюда провел, чтоб пенсионерам было удобнее.

И телефон поставил не просто стационарный, а старый добрый дисковый. Винтаж, но приносит новые анекдоты:

– Подростки приходят без своих мобилок, а вдруг что-то уточнить у родителей надо, я говорю: вот телефон, звони. А они глаза вытаращат: «А КАК с этого звонить?!»

И клиенты не только из Даманского или вообще Бобруйска.

– Едут из Кировска, Осиповичей, Елизово, – говорит Яков. – Там сейчас проблема с обувщиками, вот едут сюда.

– Если правильно работаешь, тогда и работы много, – добавляет тоже логичное объяснение Поляков-старший.

Обувная мастерская «Сандляр Бобр». Аппараты для звонков внутри и наружу. Для тех, кто понимает.
Обувная мастерская «Сандляр Бобр». Аппараты для звонков внутри и наружу. Для тех, кто понимает.

Заметить во время интервью, что у корреспондента на ботинке заклепка сломалась, и под предлогом «не могу спокойно смотреть!» починить – это правильная работа. Или надо девочке профилактику заменить, а она просит, чтоб рисунок был похож на каблучный:

– Девочкам это важно. Подобрал похожий.

6.12.2023, Бобруйск. Обувная мастерская «Сандляр Бобр».
6.12.2023, Бобруйск. Обувная мастерская «Сандляр Бобр».
Подарки от благодарных клиентов обувной мастерской «Сандляр Бобр».
Подарки от благодарных клиентов обувной мастерской «Сандляр Бобр».

Неудивительно, что с клиентами у бобруйских «Сандляров» отношения хорошие, а зачастую и очень теплые. Вся мастерская уставлена и увешана разнообразными сувенирчиками в виде сапожков, туфелек и ботиночек – Яков с плохо скрываемой гордостью говорит, что ни одного не купил. Все подарили. Даже картины рисуют специально для любимой мастерской. И плетут сувенирные ботики.

– Из деревни бабульки несут то свои огурчики, то орехи, – продолжает Яков. – А недавно мужчина понял из телефонных разговоров, что у меня день рождения, сказал: «Щас буду!» и убежал. Прибежал с шампанским. Я говорю: да зачем? А он: надо!

Да, между выходами двух материалов Яков Поляков отпраздновал юбилей, 50 лет.

– Папа проработал в одной специальности 41 год. Мне 50, уже 30 лет стажа – значит, до пенсии я его обгоню, – смеется юбиляр.

Анатолий Поляков и другие передовики Фабрики индпошива обуви. Бобруйск, 1980-е.
Анатолий Поляков и другие передовики Фабрики индпошива обуви. Бобруйск, 1980-е.

Последний шанс продолжить династию

Анатолий Поляков на Фабрике индпошива и ремонта обуви. Бобруйск, 1980-е.
Анатолий Поляков на Фабрике индпошива и ремонта обуви. Бобруйск, 1980-е.

Из когда-то широчайшей обувной династии многих уже нет, а кто уехал. Сейчас в Израиле сандлярами работают два брата, пожилые сыновья Самуила Хайкина: Изя – на фабрике, а Леня – по-нашему, ИП (поэтому ссылка на эту статью сразу полетит в Израиль). В Бобруйске дело продолжают братья Яков и Михаил Поляковы. Их дети дело не продолжили. Династия заканчивается?

– Пока да… – тяжело вздыхает Яков. – Работа нелегкая и сейчас менее нужная. Когда мы всемером работали – всем хватало и работы, и зарплаты. А потом китайской дешевой обувью все завалили и нас подставили. Стало проще и дешевле купить новую такую же, чем ее без конца ремонтировать. Солидную качественную обувь сейчас немногие себе позволяют. Теперь работаю один… Было время, сам собирался сменить работу. Но папа говорил: работай, люди и деньги придут. Слава богу, потом утряслось. За последний год я ни одного дня не сидел, смотря в потолок. Спрашивают: ты устаешь? А если работа любимая, я могу работать сутками.

А дети… Еще есть такой момент: руки сапожника – это не руки строителя. Сложно понять, но они совсем разные, просто физически. Но у меня есть еще последний шанс. Мой третий сын Тёмка, ему почти четыре, вот он очень верткий, у него и руки должны быть «правильные». Может, у него получится продолжить мою профессию?

6.12.2023, Бобруйск. Яков Поляков в своей мастерской «Сандляр Бобр».
6.12.2023, Бобруйск. Яков Поляков в своей мастерской «Сандляр Бобр».
6.12.2023, Бобруйск. Яков Поляков в своей мастерской «Сандляр Бобр».
6.12.2023, Бобруйск. Яков Поляков в своей мастерской «Сандляр Бобр».
Подарки от благодарных клиентов обувной мастерской «Сандляр Бобр».
Подарки от благодарных клиентов обувной мастерской «Сандляр Бобр».