Красивые особняки Бобруйска. Дом Шмерки Бейлина

5538
Инна ОВСЕЙЧИК, старший научный сотрудник Бобруйского краеведческого музея. Фото: Александр ЧУГУЕВ
В рамках проекта «Старый дом» Бобруйский краеведческий музей собирает сведения о бобруйских особняках конца XIX-начала XX вв., которые сохранились до наших дней. Кто их строил и кто в них жил? Сегодня узнаем про дом на Комсомольской, мимо которого мы все ходили, и не раз.

Осенью 1910 года бобруйский мещанин Шмария (Шмерка) Хаимович Бейлин вместе с женой Мерой Симховой покупает участок земли на улице Адамовской, строит здесь каменный дом и открывает свою банкирскую контору.

Дом на бывшей Адамовской, ныне Комсомольской, 41. Построил его бобруйский мещанин Шмария (Шмерка) Хаимович Бейлин.
Дом на бывшей Адамовской, ныне Комсомольской, 41. Построил его бобруйский мещанин Шмария (Шмерка) Хаимович Бейлин.

Контора выполняла различные операции: учет векселей, выдачу ссуд под ценные бумаги и железнодорожные дубликаты, прием вкладов. Кроме того, контора принимала и выдавала переводы во все города империи и за границу, осуществляла покупку и продажу ценных бумаг, страхование выигрышных билетов от тиражей погашения. Наиболее частой банкирской операцией в конторе был прием вкладов на сроки, до востребования и на текущие счета.

Правда, банкирская контора Бейлина была не настолько популярна, как контора Клейнермана и другие кредитные учреждения города, но, тем не менее, дело приносило доход. Шмария Хаимович Бейлин занимался и благотворительностью, состоял в обществе пособия бедным евреям города Бобруйска, в течение нескольких лет был его секретарем.

Дом Шмарии (Шмерки) Хаимовича Бейлина на бывшей Адамовской, ныне Комсомольской, 41.
Дом Шмарии (Шмерки) Хаимовича Бейлина на бывшей Адамовской, ныне Комсомольской, 41.

В первые два года 1-й Мировой войны банк Шмарьи Бейлина терпел убытки, в 1916 году он сумел их восполнить, но выживать в это время было непросто. В своем небольшом доме хозяин сдавал квартиру доктору Хаиму Исааковичу Моносзону.

В конце 1918 года, когда Бобруйский уездный ревком пришел к власти в городе, работа всех частных кредитных учреждений была прекращена. В феврале следующего года специальная коллегия производила прием касс, бухгалтерских книг, ценностей местных отделений банков и других кредитных учреждений. Однако с частными банкирскими конторами поступили немного иначе. Проверив кассу, книги, члены коллегии не изымали денежные средства. Дело в том, что по указанию областного отдела финансов ликвидация частных банкирских контор должна была производиться самым безболезненным образом. Бейлину запретили производить какие-либо операции и рекомендовали поскорее рассчитаться со своими кредиторами и дебиторами.

После этого следы семьи Бейлиных теряются, а в их доме размещаются различные государственные учреждения. Так, в 1920-е здесь, по адресу: ул. Адамовская, 21, работает управление стекольной промышленности Высшего совета народного хозяйства Беларуси (ВСНХБ). Накануне Великой Отечественной войны в этом здании работал Бобруйский районный военкомат.

Во время оккупации гитлеровских войск тут разместилась городская биржа труда. Все население города в возрасте от 14 до 65 лет подлежало трудовой повинности. В этом доме производили регистрацию рабочей силы и направляли жителей города на заводы, на работы по строительству и ремонту дорог, мостов, оборонительных сооружений, на лесозаготовках, торфоразработках. Здесь же производился наем (большей частью принудительный) молодежи для отправки на работы в Германию.

Мемориальная доска на доме по ул. Комсомольской, 41.
Мемориальная доска на доме по ул. Комсомольской, 41.

Советским подпольщикам удалось создать на бирже труда свою группу. Когда коменданту города понадобился образованный русский помощник начальника биржи, среди кандидатур оказался инженер-железнодорожник Андрей Кузьмич Колесников. Подпольный партийный комитет через своих людей посоветовал ему принять предложение оккупантов. Это решение сыграло важную роль для бобруйского антифашистского подполья. Теперь на значимые предприятия и учреждения города (типографию, к примеру) направлялись нужные люди. Советские офицеры, попавшие в окружение и скрывавшиеся, благодаря Колесникову смогли устроиться на работу. Правда, осенью 1941 года бывшим военнослужащим оставаться в городе было опасно. Для тех, кому предстояло уйти в партизанские отряды, Андрей Колесников подготовил пропуска и другие документы. Оформлять их помогали машинистки биржи труда Людмила Смоктунович и Мария Кравченко. Десятки людей были спасены от ареста и смерти, не зная при этом имен своих спасителей. Но самому Андрею Кузьмичу и его ближайшим помощникам спастись не удалось. В конце декабря 1941 года они были арестованы и казнены.

В память о деятельности подпольной группы под руководством А.К. Колесникова на здании по ул. Комсомольской, 41 в 1975 году была установлена мемориальная доска. В те годы, спустя три десятилетия после освобождения города, работа подпольщиков стала обрастать легендами. В литературе можно встретить упоминание о том, что в ночь с 6 на 7 ноября 1941 года по заданию Андрея Колесникова «на здании городской биржи труда было водружено Красное Знамя. На древке была укреплена 200-граммовая толовая шашка с надписью «заминировано». Однако об этом событии не вспоминали в своих мемуарах руководители подпольного движения.

В бывшем доме Шмарии Хаимовича Бейлина на бывшей Адамовской сегодня размещается магазин электротоваров.
В бывшем доме Шмарии Хаимовича Бейлина на бывшей Адамовской сегодня размещается магазин электротоваров.

Сам дом на улице Комсомольской благодаря своему облику попал в собрание памятников истории и архитектуры БССР еще в 1980-х годах. Построенный в неоклассическом стиле, он еще сохранял в самом начале XXI века свои оригинальные печи. После капитального ремонта они исчезли, и теперь их фото можно увидеть только в книге «Збор помнікаў гісторыі і культуры Беларусі. Магілёўская вобласць».