«Кировск уральцам понравился больше, чем Форштадт». Жизнь глазами бобруйчан

8350
Артём ЛУКЬЯНОВИЧ
Каждую неделю спрашиваем бобруйчан, что у них нового, что было и что будет, что радует и огорчает.

«Мы, что, в Литву попали?»

Валерий Епифанов, ул. Ульяновская:

– Что про жизнь рассказать, когда каждый день видишь такие дорожки, как у нас во дворах домов 39 и 39-а по Ульяновской и дальше к Рокоссовского. «Комфортная» жизнь, ничего не скажешь. Как 40 лет назад дома построили, так все и стоит, разваливается. Дырку заделывают так – плюхнут цемента, и все.

А по вечерам у нас во дворе темно, освещение только от подъездов. На двух оставшихся опорах фонари висят, а светить нечему – щитки, где провода подключаются, разбиты. Шкаф наружного освещения – в 40 метрах от опоры, а наружного освещения нет. «Благодаря» этому я один раз уже грохнулся, хоть и с палочкой хожу. Могу даже вам показать, что делается, вот, сфотографировал перед снегом:

Дорожки и фонари во дворах домов 39 и 39-а по ул. Ульяновской.
Дорожки и фонари во дворах домов 39 и 39-а по ул. Ульяновской.

Дождались снега, сейчас хоть светлее стало. Но при оледенении ходить совсем тяжко.

Интересно, что всего через дорогу, во дворах микрорайона Даманского (шли там с женой недавно в «Грин») – и дороги для машин из асфальта, и тротуары для людей из плитки, все ровно и аккуратно. Я аж сказал жене: «Мы, что, в Литву попали?»

Ну что еще... После крупного «разгона», смотрю, некоторые товары подешевели. А другие подорожали. В Молодежном парке каждый год три-четыре дерева засыхает. И скамейки пропадают. По ТВ байки рассказывают, что в Литве скамейки пилят на дрова – в Бобруйске, что ли, тоже? Покажите.

«Наш домик – самый старый в городе»

Людмила Василенко, ул. Пушкина:

– Ой, нечего рассказывать, тяжело живем. Дом наш – самый старый в городе, да как дом – домик. Когда железную дорогу прокладывали, рабочие себе будки ставили, чтоб греться, а потом такие будки передали в жилые дома. Вот и родители мои тут жили, и я теперь. Другим на заводах квартиры давали, а мы тут – комнатка 12 метров, ни воды, ни газа, ничего. И не проведешь, потому что от железной дороги электричество рядом проходит. И подъезда нормального нету – почти на рельсах стоим, и машине, что ли на переезде, стоять?

А сейчас снегу валом, и весь у нас. Как поезд идет – весь снег на нас сдувает, двор и проход заваливает. Только и делаешь, что снег чистишь. И дрова дорогие...

Такие домики-будки уже посносили все, и наш должны были б снести, но он остался, один такой. Так и живем – шум, гам и дым . Да что рассказывать, вы лучше позвоните тем, кто хорошо живет, по-богатому.

«Сын взял мне путевку в санаторий»

Иван Данилюк, ул. Ковзана:

– Живу потихоньку, время стучит, скоро 75 стукнет. Жена моя ушла в мир иной в 13-м году... Жизнь как-то продолжается, «приженился» второй раз, переехал в «прымаки» на Форштадт. Вторая жена молодая, 60 лет, на юбилей поздравлял ее через вашу газету. А на Форштадте, в Авиагородке магазинов быстро доступных уже несколько, недавно новый построили – хорошо. Сейчас снегу навалило, но у нас на Ковзана много автомастерских, так дорога разъезжена.

А в начале ноября я в санатории «Шинник» отдыхал. Сын на шинном работает, так взял мне путевку со скидкой. А дочь в Москве квартиру построила, внучки в школу там пошли. Только напряженка в мире беспокоит...

«Понравились новые «пельмени»

Анна Воробьёва, ул. Минская:

– На прошлой неделе сходила на концерт «Уральских пельменей». Про их приезд узнала, кстати, из Instagram «Вечернего Бобруйска». Я давняя поклонница «пельменей», болела за них, когда они еще в КВН играли. Лет десять смотрю по телевизору их шоу. Поэтому посмотреть концерт «вживую» было очень интересно. Билет дороговат, но оно того стоило, получила огромное удовольствие. Номера все новые, по телевизору и в интернете я их не видела. Все актеры работали прекрасно, выложились на сто процентов. Я даже попросила автограф у самого редко появляющегося в сценках артиста Сергея Калугина (он сидел в зале за звукорежиссерским пультом) – для мужа, он – его большой поклонник. В Беларуси у них гастроли только в Минске и Бобруйске, поэтому было много зрителей из других городов, это стало понятно. когда артисты стали спрашивать у зала: «Сколько в зале бобруйчан? Похлопайте!» Похлопали. «А сколько понаехавших?» – зал аж загудел и зааплодировал громче.

Понравилось, что артисты старались адаптировать сценки под местные реалии. Например, когда действие происходит где-то в пригороде, они попросили зрителей назвать самый волшебный, новогодний удаленный район Бобруйска. Одни закричали «Форштадт!», зал засмеялся. Артист понял – что-то не так с Форштадтом, и попросил назвать ближайшую большую деревню под Бобруйском. В зале крикнули «Кировск!» Снова все смеялись, но Кировск уральцам понравился больше, и стали они «встречать Новый год» в Кировске. В другой сценке один передавал другому воображаемые деньги из ладошки в ладошку. «Вот тебе две тысячи. Виртуальных». И спрашивает у зала: «Ваших две тысячи это много?» А другой: «У них тоже виртуальные».

Было очень весело, я получила заряд хорошего настроения на неделю вперед.