Хотели «дать» СКГ-шину к Новому году, но японцы не позволяли. Фрагменты истории «Белшины» от «ветерана всех заводов»

3172
Артём ЛУКЬЯНОВИЧ. Фото из архива героя материала и ОАО «Белшина»
Александр Рагинский проработал на Бобруйском шинном комбинате 43 года, пройдя разные этапы на всех шинных заводах. Александр Львович сам позвонил в редакцию, чтобы поделиться своими воспоминаниями.

Немного предыстории

В январе 2022 года бобруйские шинники торжественно отметили 50-летний юбилей своего предприятия. Говоря точнее, в новогоднюю ночь 1972-го была изготовлена первая шина для «БелАЗа» – и этот момент стал днем рождения «Белшины».

О том, как это было, на нашем сайте недавно вспоминали ветераны шинного производства – Николай Иванович Андреев (собиравший ту первую покрышку) и Виктор Антонович Вишневский.

Но на этом дело не закончилось! В редакцию позвонил еще один шинник, Александр Рагинский. «Если вам интересно, могу поделиться воспоминаниями про шинный в период с 1973-го по 2015-й – с позиции руководителя среднего звена», – предложил он. Мы встретились с Александром Львовичем и услышали немало интересных историй из прошлого нашего градообразующего предприятия...

Ветеран «Белшины» Александр Рагинский. Фото автора.
Ветеран «Белшины» Александр Рагинский. Фото автора.

Как слесарь учил начальника

Александр Рагинский проработал на Бобруйском шинном комбинате с сентября 1972 года по 2015-й, причем, довелось ему поработать на всех шинных заводах.

В 1972-м, окончив Ленинградский институт точной механики и оптики, молодой бобруйчанин получил распределение в Семипалатинск, на ядерный полигон. Раз уж работать на армию, то Александр хотел получить воинское звание, но звание давать не хотели и отдали молодому специалисту свободный диплом. Александр вернулся в мирный Бобруйск. А тут как раз все начиналось.

Взяли его на завод КГШ, на участок контрольно-измерительных приборов и аппаратуры (КИП).

БШК, 1970-е. Начальник энергоустановки завода КГШ Александр Рагинский.
БШК, 1970-е. Начальник энергоустановки завода КГШ Александр Рагинский.

– Посмотрели, что по диплому я специалист по точной механике, и поставили на ремонт весов, – рассказывает Александр Львович. – Хотя по специализации я теплофизик, а не весовщик. Через два месяца на КГШ запускали энергетическую установку с совершенно новыми приборами, которых до того в Бобруйске вообще не было. Появился практически новый цех, который должен был готовить воду, пар под нужным давлением, заниматься всей автоматикой, которая регулирует параметры энергоносителей. И вот на эту энергоустановку меня перевели начальником. Хоть молодой, но специалист.

Чуть позже Рагинского на БШК из Татарстана приехали Евгений и Светлана Шевцовы. У себя в Нижнекамске они уже работали с такой аппаратурой, которая в Бобруйске только появлялась. И слесарь Евгений Шевцов учил своего, получается, начальника Александра Рагинского и всех остальных, как ее ремонтировать.

БШК, 1970-е. Слесарь КИП завода КГШ Евгений Шевцов.
БШК, 1970-е. Слесарь КИП завода КГШ Евгений Шевцов.

Как ждали квартиру, но не дождались

– Приехали они из-за квартиры, но ждали ее очень долго, хотя так много для БШК сделали, – до сих пор переживает за Шевцовых Александр Львович.

Кстати, несмотря на то, что на БШК многих работников заманивали квартирами, даже женатый на тот момент молодой специалист Александр Рагинский квартиру так и не получил. Не полагалась, потому что в квартире его матери, по тогдашним нормативам, были «лишние» метры. А когда у молодой семьи появились дети, и ее, наконец, поставили на очередь, уже было не надо – построили кооперативное жилье.

– Жили мы сначала, когда с мамой еще, в доме над нынешним ЗАГСом, – вспоминает собеседник. – На работу добирался на 8-м автобусе, который ходил тогда через площадь до шинного. А с деревень работников привозил заводской автобус. В «восьмерке» всегда была страшная давка, вздохнули только, когда троллейбус пустили. КПП на углу БШК еще не было, вылезали на остановке «Техникум», дыра в заборе – и пошел на работу.

1970-е, Бобруйск. Работники участка КИП ЗМШ. Крайний слева – Александр Рагинский.
1970-е, Бобруйск. Работники участка КИП ЗМШ. Крайний слева – Александр Рагинский.

Были премии – был стимул

Перед запуском новых заводов, в первую очередь, запускали для каждого свою энергетическую установку. Поэтому когда в 1975-м готовился к запуску завод массовых шин, туда перевели Рагинского. Проверенного специалиста поставили налаживать новую установку, а на КГШ уже справлялись без него. Вскоре участки энергоустановки и вулканизации объединили, и Александр возглавил объединенный участок.

– Наш участок часто занимал первые места по БШК, за это давали ощутимые премии – был стимул хорошо работать, – говорит Рагинский, который проработал на ЗМШ 10 лет.

А перед новым 1985-м годом – новый вызов, завершалось строительство СКГШ. Снова с совершенно новым оборудованием, в основном японским. Но идти туда никто особо не хотел.

– Кроме того, что оборудование новое, непонятное, и нормальных помещений еще нет, так еще до запуска завода получаешь только голый оклад, без надбавок за вредность, без премий, – объясняет Александр Рагинский. – Но мне было интересно поработать с новой пневмоавтоматикой, с японцами. Да и генеральный, Анатолий Павлович Химаныч, подписал мне повышение оклада до самого возможного максимума, чтоб я меньше терял.

1980-е, Бобруйск. Строительство завода СКГШ.
1980-е, Бобруйск. Строительство завода СКГШ.

Как работали японцы и как отдыхали

– Когда я на СКГШ пришел, еще СКГШ не было, стройка была. А строили зэки. Мы зимой по часу ждали, пока их разгрузят-проведут... – вспоминает Рагинский. – Но главное, чем запомнилось то время – я увидел, насколько тщательно работают японцы. Все детали лежали по пакетикам, в своих ящичках, подписанные. У всех фирменные куртки Mitsubishi, все в белых перчатках. Даже связь между двумя элементами аппаратуры наши кидали по кратчайшему пути – по диагонали, а они заставляли переделывать и аккуратно прокладывать под прямым углом, как у них положено.

Японцы работали по-настоящему, не то, что (как в последнее время бывало) китайцы – пальцы веером... Японцы подробно рассказывали, как все работает, показывали, сами вставали за оборудование и собирали покрышки.

1980-е, японская делегация от Mitsubishi приезжала на БШК и жила в гостинице «Юбилейная».
1980-е, японская делегация от Mitsubishi приезжала на БШК и жила в гостинице «Юбилейная».

– И рабочие японские, и ИТР жили в «Юбилейке» примерно год, потом их заменила меньшая группа. С ними было два переводчика (кроме нашего) – один в войну был в советском плену, у второго жена из Краснодарского края. К 8-ми утра привозили их на завод спецавтобусом, и ровно в 8.00 все рабочие-японцы были в цеху, а инженеры – в кабинете, правда, последние срочно «приходили в себя» после нашего вечернего межнационального общения, – смеется собеседник. – Но быстро «приходили» и каждую рабочую минуту вкалывали. На обед их вели в столовую административного корпуса. Ели японцы быстро, за полчаса управлялись и – бегом в цех. И в оставшееся от обеда время в цеху натягивали сетку и играли в бадминтон! Но только свисток, что обеденное время кончилось – все, сетку свернули и работают.

В 17.00 автобус их забирал и сквозь зону с зеками вывозил с завода обратно в «Юбилейку». А мы снова ждали, пока зеков заберут.

(От автора: еще один эпизод из культурной жизни тех японцев в Бобруйске был описан во 2-й серии нашей рок-эпопеи).

БШК, 1985 г. Слесарь-ремонтник Перхов с первой СКГ-шиной.
БШК, 1985 г. Слесарь-ремонтник Перхов с первой СКГ-шиной.

Ну вы даете, ребята!

Александру Рагинскому для запуска энергоустановки СКГШ дали самому набирать себе сотрудников. И, в первую очередь, он взял коллегу по КГШ, того самого слесаря Евгения Шевцова.

В те времена в СССР любые важные события, в том числе выпуск любой новой продукции, стремились подгонять «к дате». Вот и первую СКГ-шину хотели приурочить, мол, «даешь новую шину к Новому году!» Но, говорит Рагинский, японцы «дать» не позволяли:

– Все оборудование должно быть тщательно очищено, пропарено, залито специальным маслом, которое везли из Японии... И так дотянули примерно до 27 января, до моего дня рождения (улыбается). Тут уж начальство устало ждать, решили запускать. На что японцы сказали: «Тогда под вашу ответственность, мы не участвуем».

Целые сутки, с 26-го по 27-е, мы готовились и собирали покрышку. Утром пришли японцы и – помню их глаза! – очень удивились, что без них так хорошо сделали. Пожали каждому руку и сказали: «Молодцы, ребята!»

1980-е, участок вулканизации СКГШ. Рабочий везет крышку японской установки, что уходила на три этажа вниз, на три покрышки сразу.
1980-е, участок вулканизации СКГШ. Рабочий везет крышку японской установки, что уходила на три этажа вниз, на три покрышки сразу.

«Это было самое светлое время»

В КИП-е СКГШ Александр Рагинский проработал до 2002 года.

– И у нас, и на заводе это было самое светлое время, – считает Александр Львович. – Никто никого не подставлял, кругом уважение и помощь. Даже планерки были по 10 минут, только строго по общему делу, а с остальным, с более личными проблемами сами разбирайтесь на местах, нечего сюда выносить.

За 30 лет на производстве Александр Рагинский, как он говорит, «накушался», и на четвертом десятке стажа ему предложили работу поспокойнее – возглавить общекомбинатскую метрологическую службу. В подчинении было 12 человек, из них только двое мужчин. Там наш герой проработал до самой пенсии.

– Я все коллективы вспоминаю добрым словом, – говорит сегодня ветеран шинного производства и шлет привет бывшим коллегам!

Прекрасная метрологическая служба ОАО «Белшина» во главе с начальником Александром Рагинским.
Прекрасная метрологическая служба ОАО «Белшина» во главе с начальником Александром Рагинским.