«Работа была в удовольствие!» Разговор «за жизнь» с бывшим директором типографии

1995
Евгений БУЛОВА. Фото из книги «Наследники Спиридона Соболя»
В канун Дня печати, который отмечается 5 мая, мы встретились с бывшим директором могилевской типографии имени Спиридона Соболя, ныне пребывающем на заслуженном отдыхе, Александром Коротким. Или Лаврентьевичем, как до сих пор дружески называют его многие младшие по возрасту друзья и коллеги.

Могилевская типография – место и для бобруйчан знаковое. По крайней мере, для бобруйских работников пера. Ведь все газеты города печатаются именно здесь, в типографии имени Спиридона Соболя, для чего каждый вторник, в день выхода, полосы будущего номера спешно доделываются коллективами редакций и в назначенный «час пи» отправляются на типографский сервер... Теперь уже, благо, по интернету, а ведь было время, и на автобусах возили. Многое из всего этого помнит и наш сегодняшний собеседник. Потому что отдал могилевской типографии лет 40. Начинал здесь печатником, потом работал инженером-технологом, мастером, главным инженером и, наконец, директором. С этой должности Александр Короткий и ушел на заслуженный отдых в 2013 году.

Здание Могилевской областной типографии. Здесь прекрасно помнят своего легендарного директора Александра Короткого.
Здание Могилевской областной типографии. Здесь прекрасно помнят своего легендарного директора Александра Короткого.

Гараж, обед и... снова гараж

– Александр Лаврентьевич, вы уже на пенсии почти 10 лет? Ну, расскажите, каково это – заслуженно отдыхать?

– Первые три месяца я просто не знал, куда себя деть. Никуда идти не надо, никаких производственных вопросов решать не надо… Ничего не надо. Хорошо хоть, моя «старушка» осталась. Это я о своем автомобиле «Hyundai Sonata», которому уже больше 20 лет. Пошел в гараж, пару гаек подкрутил – и обед наступил. После обеда малость покимарил и, если жена никаких заданий не даст, опять заглянул в гараж. Да, вначале было очень непросто, а потом, лет за пять, все как-то постепенно выровнялось.

– Если честно, то, когда увидел вас, сразу обуяли воспоминания... Все-таки мы долго работали через дорогу, вы – в типографии, я – в редакции. Уже тогда о ваших необыкновенно ярких качествах руководителя предприятия ходили легенды.

– Я считаю, что просто делал свою работу. И старался делать ее хорошо.

Бывший директор областной типографии Александр Короткий отдыхает на лавочке у своего дома в микрорайоне Юбилейный. Фото автора
Бывший директор областной типографии Александр Короткий отдыхает на лавочке у своего дома в микрорайоне Юбилейный. Фото автора

«Хозяин» на Магадане

– Но давайте начнем нашу беседу с начала. Знаю, что вся ваша трудовая биография в основном связана с Могилевом. Но был ведь еще и Магадан?

– Вообще-то родился я в деревне Липень Осиповичского района, в 1948 году. Закончил в Минске училище, потом заочно Московский полиграфический институт. После службы в армии, в которую пошел в 26-летнем возрасте, вернулся в Могилев, в типографию, уже главным инженером. Женился, построил кооперативную квартиру на Юбилейном (микрорайон в Могилеве – авт.). А когда родился сын, почувствовал, что денег стало не хватать. В нашем доме больше половины жильцов раньше работало на Севере. Вот они мне и посоветовали написать заявление в издательство Магаданского облисполкома. Что я и сделал. Через какое-то время приходит вызов. Наш комитет по печати, правда, пытался отговорить меня, но я все-таки настоял на своем.

Александр Короткий во время армейской службы.
Александр Короткий во время армейской службы.

– В качестве кого вы туда отправились?

– Начальником печатного цеха. Приезжаю, а там мужики уже года два никакой премии не получают, перспективы туманные. Пришлось переругаться практически со всеми – с производственным отделом, с экономистами… Но дело постепенно тронулось с мертвой точки. Месяца через два появились работа, заказы и премия. Цех ожил.

Потом однажды иду и слышу в свой адрес за спиной: «Смотри, вон наш хозяин пошел». Тут необходимо отметить, что процентов 40 рабочих в цеху были бывшие зеки. Они уже свое отсидели, а возвращаться на «материк» было не к кому. А «хозяин» на зоне – величина! Одним словом, приняли они меня…

«Я Кучинскому говорю: «Может, мне попробовать?»

– Так вы, наверное, из Магадана приехали «в шоколаде»?

– Месяца через три я прикинул, что, не имея стажа, заработать там что-то приличное было невозможно. Тогда я решил подрабатывать еще и печатником. Ведь куда после смены мне приходилось идти? В общагу, где в комнате с тобой живут два алкоголика. А так я до 23 часов работаю на печатной машине. За полгода такой работы привез из Магадана на пол-машины.

– Вернулся в Могилев, а тут как раз фотонабор стали внедрять, – продолжает Короткий. – Я к этому времени и литературу нужную изучил. Так что, с головой окунулся в это новое дело, которое мы, в итоге, в могилевской типографии первыми в стране довели до победного конца. А все потому, что в этой жизни мне всегда попадались люди, с которыми можно было решать сложные вопросы и которые оказывали посильную помощь.

Александр Короткий (второй справа) с коллегами.
Александр Короткий (второй справа) с коллегами.

– Вы стали директором в очень непростое время…

– Да, это был сентябрь 1994 года. До этого директором был Олег Платонов. Тогда была такая мода – коллектив выбирает директора. А тут в стране полный раздрай, сплошные проблемы. Платонов пришел, производства не знает, как выкрутиться, не знает… К 1994 году дошло до того, что бедная типографская машина не могла выехать со двора – не было бензина. А Кучинскому (Владимир Кучинский, в те годы начальник управления по печати облисполкома – авт.) что делать, его на всех совещаниях «склоняют». Я тогда ему говорю: «Может, мне попробовать?». Платонова подвинули, и я стал директором.

«Это же половина бюджета области!»

– Чем запомнилось вам то время, 90-е?

– Вот я решил именно в этот момент на треть поменять весь печатный парк типографии. Получилось. Но в это время все были увлечены офсетной печатью, необходимы были компьютеры. Я вспомнил, что в управлении мы создали малое предприятие «Принтер», там было штук пять компьютеров. Пишу письмо на имя Кучинского: «В целях развития производства прошу…». Короче, «Принтер» и всех к нему причастных отдают мне… Вспоминаю молодого, горячего директора нашего пивзавода, который очень хотел получить красивую пивную этикетку. Мы только с пятого раза его удовлетворили. А потом пошли винзаводы, колхозы, которые разливают вино. Все закрутилось с неимоверной скоростью. Работа была в удовольствие и очень продуктивная! Так и прошли два десятка годов.

Команда областной типографии после лыжных соревнований.
Команда областной типографии после лыжных соревнований.

– Не могу обойти вниманием такой момент. Газета «Могилевские ведомости», в которой я тогда работал, в 90-х вдруг рванула к космическим тиражам, которые предполагали и совершенствование типографских услуг.

– Да, тогда главным редактором был еще молодой Григорий Кисель. Естественно, ему хотелось высокого качества во всем. Но высокая печать этого дать не могла. Мы неоднократно с ним обсуждали этот вопрос. Нужна была новая печатная машина. В то время председателем облисполкома был Николай Гринев. Когда он узнал о стоимости новой типографской машины, то сразу же пояснил: «Это же половина бюджета области!». Стало ясно, что денег не будет. Пришлось ехать в министерство, где родилась идея брать не новую, а бывшую в употреблении машину. Через какое-то коммерческое предприятие нашли бэушную. Я опять беру кредит в банке, на первый взнос кое-как наскребли денег. Привозим машину, устанавливаем, а она не работает так, как надо! Что делать? Хотя в договоре было прописано, что продавец должен был ее запустить и даже обучить персонал...

«Я говорю: «Эдик! Я сам себя под статью подвел»

– А тут меня вызывают в министерство, – продолжает собеседник, – мол, подписывай акт о сдаче машины в эксплуатацию. Я говорю: «Так она не работает, как же я подпишу?». А тогда была такая методика: не закончив процедуру с одним агрегатом, нельзя было начинать работу с другим. То есть, мы, получается, тормозили покупку такой же машины для Гродно. Из-за нас вся цепочка очередников «замораживалась». Короче, после длительных бесед подписал я акт и в полном смятении приезжаю домой. Помощи от кого-то ждать бессмысленно, такие машины в Беларуси не выпускаются. Вызвал главного инженера Миронова и говорю: «Эдик! Я сам себя под статью подвел, подписав акт ввода в эксплуатацию неработающей машины. Надеваем халаты и идем снова смотреть ее!».

Александр Лаврентьевич Короткий (в первом ряду) с друзьями и коллегами.
Александр Лаврентьевич Короткий (в первом ряду) с друзьями и коллегами.

– Получилось?

– Если бы. Правда, после того, как немного поджали валики, машина через пень-колоду как-то заработала. Но качество печати – отвратительное, сплошная чернота. Я опять связываюсь с министерством. Тогда начальник производственного отдела подсказал обратиться к заводу-изготовителю. И сам же с ним связался. Но к тому времени такие модели уже были сняли с производства. Машина ведь была в Германии, потом ее продали в Польшу, потом она там лет 10 простояла… Тем не менее, как-то разыскали печатника, немца, который на ней когда-то работал, и я его после прилета в Минск привез в Могилев. Всю ночь мы с ним и нашей бригадой печатников возились в цеху. Оказалось, надо было давать машине гораздо большую скорость. Как только мы это сделали, все стало на свои места. Машина работает по сей день! Я тут же в цеху расцеловал этого немца. Далее – бегом ко мне в кабинет, распиваем на радостях коньяк.

– А потом ведь газеты стали переводить на цвет – тоже эпопея?

– Совершенно верно. И первой была газета «Могилевские ведомости». Гриша Кисель от радости хлопал в ладоши. Да и мы все были очень рады. Внедрив офсет, перешли на печатание не только 8-ми и 16-полосных газет, но и 24-полосных формата А-3, хотя раньше работали с форматом А-2.

«Дачи у меня никогда не было. И я этому очень рад!»

– Александр Лаврентьевич, вот хотел с вами поговорить о том, как вам живется на пенсии, а вместо этого говорим о том, как вы работали до пенсии. Хотя тоже интересно! Но вы наверняка помните знаменитую фразу Лелика: «Чтоб ты жил на одну зарплату!» из кинокомедии «Бриллиантовая рука». А как чувствует себя бывший директор, ныне пенсионер, живя на одну пенсию?

– Если вместе с женой в один карман две пенсии, то еще куда ни шло. А так… Хотя, по большому счету, все это не так уж и важно.

На одном из вечеров трудовой славы в областной типографии (Короткий справа). 1987 год.
На одном из вечеров трудовой славы в областной типографии (Короткий справа). 1987 год.

– Вы как-то обошли дачу, грибы, которые обычно превалируют в жизни людей пенсионного возраста…

– Грибная охота – это для меня одно из любимейших занятий, сплошное удовольствие. Обычно ездим на Мстиславщину, к родственникам жены. Они знают там все грибные места. А вот дачи у меня никогда не было. И я этому очень рад!

– Вы очень хорошо выглядите. Хоть сейчас можно идти в ночной клуб. Прошу прокомментировать этот факт.

– Первое время, когда я только ушел на пенсию, то занимался с гантелями, делал пробежки. Но потом забросил это дело. Год назад хватанул инфаркт. Когда-то в молодости занимался йогой, так что, теперь вспоминаю все заново – дыхательные упражнения, асаны.

– Спасибо за откровенную беседу. С праздником вас и всех нас, с Днем печати и Днем работников полиграфических предприятий! Продолжайте свои физические упражнения! Будьте здоровы и живите долго!

– Большое спасибо!