Знаете, каким он парнем был… Памяти Александра Удодова

8952
Александр МАЗУРЕНКО
Сегодня, 1 января, после тяжелой болезни ушел из жизни Александр Иванович Удодов. Об одном из старейших бобруйских журналистов вспоминает его коллега Александр Мазуренко.

Жизнь – сложная и в то же время простая «штука». Сейчас она кипит, а через мгновение может резко изменить свой бег или… вовсе прекратиться. Ну, как тут не вспомнить слова Воланда из «Мастера и Маргариты» о том, что человек смертен, а иногда внезапно смертен.

Кажется, еще совсем недавно в телефонной трубке звучал веселый с юморной подколкой голос Александра Ивановича Удодова, но вот почти внезапно подкралась беда: попал в больницу, а там вместо улучшения день ото дня состояние его здоровья становилось все хуже.

В такие моменты поневоле пересматриваешь свои взаимоотношения с ушедшим человеком, думаешь, почему пренебрегал встречами, беседами с ним. Казалось, у тебя много дел, а впереди вся жизнь, еще наговоримся. Но нет, у нас есть только прошлое и настоящее, а будущее… Неизвестно, каким оно будет и будет ли. И теперь те немногие беседы и встречи с Александром Ивановичем – это все что осталось в памяти. К сожалению.

Александр Удодов. Фото из редакционного архива
Александр Удодов. Фото из редакционного архива

В журналистике мы с Удодовым давно. Меня радовало умение тогда еще молодого редактора «Трыбуны працы» наладить работу журналистского коллектива, я искренне восхищался его легким стилем, умением писать просто о сложных вещах.

Однако близко, на совместной работе, сошлись сравнительно недавно, около десяти лет назад. Лучшие его человеческие качества – откровенность, открытость. Все, что было на душе, он в себе не держал, делился с друзьями и близкими. И в этот период совместной работы я еще больше мог увидеть и оценить его журналистский талант. Помнится, я собирался написать об одном ветеране войны. Побеседовал с фронтовиком, узнал много чего интересного, но, еще не сев писать, прочел о нем зарисовку Александра Ивановича. И пожалел. Потому что оказался в плену его стиля, который перебил мои мысли и задумки. Я понял, что лучше, по иному, не напишу, а повторять и перепевать другого не в моих принципах. Так и не написал о ветеране. И зачем? Ведь о нем хорошо рассказал Удодов.

Год назад Александр Иванович с удовольствием поведал о том, что готовится выйти на пенсию. Увы, обычное течение жизни: сначала ребенок, затем юноша, парень, мужчина и вот уже на горизонте пенсия.

– Будешь дальше работать? – поинтересовался я.

– Нет, – категорически ответил он. – Хватит. Этот наш журналистский хлеб порой бывает с горечью. Повожусь с землей. Да и с внуками наконец душу отведу.

Это его стремление уйти от городской суеты было понятным, он сам родом из деревни, где еще в школьные годы сделал серьезную заявку, как будущий журналист – написал сочинение, которое заметили.

Потом в телефонных беседах и при нечастых встречах он рассказывал о своих успехах на приусадебном участке, о семье, о том, как любит внуков, как приобщает их к труду.

Все бы хорошо, да на пенсии легкая жизнь не задалась. В прошлом году тяжело заболел коронавирусной инфекцией, перенес воспаление легких и непростое лечение в больнице. Но выстоял, вышел победителем в борьбе за жизнь. Казалось, теперь все будет по-другому. Но нет, жизнь приготовила ему новый экзамен на прочность, и на этот раз прочности не хватило. И те, кто знал его, я уверен, испытывают чувство досады: почему медицина в наш научный и атомный век бессильна, человек ведь не стар, ему бы жить да жить, но судьба распорядилась по-иному.

Что ж, будем привыкать к новой реальности, в которой нет Александра Ивановича. Но в ней есть память о нем, есть светлый образ человека с доброй улыбкой и хорошим чувством юмора.

Воспоминания коллег: