«Люди в масках в общественных местах – это уже редкость». Жизнь глазами бобруйчан

4452
Записала Ирина РЯБОВА. Обложка: Александр ЧУГУЕВ.
Каждую неделю «Вечерний Бобруйск» общается со своими читателями и подписчиками и узнает, что нового произошло в их жизни, что их радует, удивляет или огорчает.

«Люди в масках в общественных местах – это уже редкость»

Антонина Валентиновна Кричко, ул. Ульяновская, пенсионерка:

– Огорчает то, что многие люди в последнее время расслабились и перестали соблюдать меры безопасности по коронавирусу, как пожилые, так и молодежь. Люди в масках в общественных местах – это уже редкость. Недавно по улице иду, слышу разговор молодого мужчины по телефону, который говорит кому-то: «Я тебя сегодня не смогу отвезти, потому что болею и нахожусь на изоляции». Человек идет по улице, маски на нем нет. Это разве нормально? Бывает, в автобусе едешь, человек рядом с тобой чихает, кашляет, маски на лице нет, да еще рот рукой не прикроет. Надо же иметь уважение к другим людям! Я сама переболела коронавирусом и знаю, что болезнь эта тяжелая, потому всех призываю отнестись к вопросам безопасности более серьезно. Я все лето живу в деревне, занимаюсь огородом и мне это очень нравится. Обустраиваю свои десять соток так, как мне по вкусу, пусть не так как модно. Конечно, это лето тяжелое, потому что очень жарко и приходится огород постоянно поливать. Спасибо, что у меня дом деревянный, температура в нем очень комфортная. На огород стараюсь выходить только утром и вечером. А когда нельзя работать на улице, шью коврики. Недавно ко мне приезжали девочки, с которыми мы занимались в клубе «Шарм» отделения для граждан пожилого возраста ТЦСОН Первомайского района. Я их пригласила к себе просто отдохнуть на воздухе, им очень понравилась. Жду, когда жара спадет, чтобы пойти за черникой. Очень люблю ее и собирать, и кушать, но при такой погоде в лес не хожу, переживаю за здоровье.

«Доченька Оля подарила мне внучку!»

Татьяна Жидкова, работница санатория «Шинник»:

– 22 июля у меня случилась большая радость: моя доченька Оля подарила мне внучку! Это моя четвертая внученька. Назвать ее решили Софьей. Дорогой моей Олечке желаю здоровья, сил побольше, а малышке – чтоб росла крепенькой, радовала родителей, бабушек, прабабушек! Мы ее очень ждали и очень рады, что она появилась на свет! Хочется скорее взять ее на руки, к груди прижать. Хотя немного уже и боязно, потому что давновато у нас младенцев не было, это ж все маленькое, все крохотное. Радует, что жара немного спала и погода стала более комфортной – можно и на речку сходить, и в огороде поработать. Огорчает нестабильная обстановка в стране, что люди разделись на два «лагеря», тревожит ситуация с коронавирусом. Но стараюсь больше концентрироваться на позитивных вещах.

«Грустно смотреть, как родная деревня умирает»

Леонид Константинович Чернашевич, ул. Октябрьская, пенсионер:

– Я сейчас на своей малой родине нахожусь – в деревне Полостевичи Житковичского района Гомельской области, это в 300 км. от Бобруйска. В 1973-ем году ушел отсюда служить в армию, уволился из Вооруженных сил в 2000-ом году, потом 18 лет отработал на шинном комбинате. Сейчас на пенсии. Отдыхаем здесь с женой, занимаемся сельским хозяйством. Родина тянет к себе с каждым годом все сильней. Здесь родительский дом остался. Конечно, приятно приезжать в места, где ты родился, вырос. Только грустно видеть, как деревня умирает. До войны здесь было 500 дворов, послед войны осталось 250 примерно, а сейчас всего 47 человек живут постоянно. У нас только говорят красиво по телевизору, что малую родину нужно возрождать. Школу здесь закрыли, клуб закрыли, магазины, почту тоже, потому что нерентабельно. Еду со стороны Солигорска на Микашевичи, как поворачиваю домой, один километр – яма на яме. Раз в пять лет перед выборами дорогу поровняют и все. Естественно, народ уезжает из деревни – кто в Солигорск, кто в Микашевичи, кто в Житковичи. А в Бобруйске у нас одна головная боль: борьба с водой во дворе дома №165 по улице Октябрьской. Как дожди пройдут, вся вода к нам во двор – с Минской, Октябрьской, Спартаковской, Красноармейской и все к нам под окно, потом в подвал. Ливневую канализацию всего-навсего нужно почистить. Обращался в коммунальные организации, мне говорят, что этот колодец нигде не числится. Но он же есть, кто-то должен за него отвечать!

«Не понимаю людей, которые жалуются на жизнь в нашей стране»

Галина Алексеевна Дунаева, ул. Октябрьская, пенсионерка:

– Огорчает эта жара. Мне 83 года, очень трудно ее переношу, практически никуда из квартиры не выхожу. Только утром с 8 до 9 за продуктами в магазин схожу быстренько и все. Плюс коронавирус вынуждает дома сидеть, с подругами давно уж общаемся только по телефону. В целом жизнь меня радует. В магазинах все есть, пенсии мне хватает. Не понимаю людей, которые жалуются на жизнь в нашей стране. Я сама была малолетним узником концлагеря. Мою маму и нас, троих детей, отправили в Германию после того, как полицай рассказал немцам, что мой отец военный. Столько лет прошло, но это незаживающая рана. Я не понимаю, чем люди сегодня недовольны, чего им не хватает. У меня все хорошо, было б еще здоровье. В мае следующего года дочь хочет забрать меня к себе в Питер – переживает, что я здесь одна и возраст уже. Дочь живет в Санкт-Петербурге, сын – в Калининграде. До пандемии по два раза на год приезжали в Бобруйск, а сейчас редко. Хочу ли я уезжать? Нет. Не люблю шумных городов. Мне в Бобруйске хорошо. Хоть сама я родом из Росси, но здесь уже 60 лет, прижилась. Да и трудно с возрастом что-то менять.