«Мы же не в Северной Корее живем…». Как бобруйчане приспосабливались к коронавирусу и отсутствию интернета

1234
Евгения ВИННИК. Фото обложки: pixabay.com.
2020 год уникален на сюрпризы. Сначала мир охватила пандемия коронавируса, а с 9 по 11 августа Беларусь «вдруг» осталась без интернета. Мы узнали, как эти обстоятельства повлияли на людей, которые работают удаленно.

«В наше время такие вещи, как перебои интернета, просто неприемлемы»

Николай Шецкий.
Николай Шецкий.

Николай Шецкий, видеограф:

– Коронавирус отразился на мне очень и очень плачевно. Я не снял ни одного выпускного в детском саду, все отказались. В школах выпускные практически все отменились. Это минус большая часть от моего дохода. Вся эта ситуация подвигла меня на то, чтобы искать работу в других направлениях.

Как я реагировал на отсутствие интернета? Очень больно и плачевно, не буду выражаться, но не желаю тем людям, которые в этом виноваты, ничего хорошего!

Были не просто перебои интернета, его не было от слова «совсем»! Я не успел отдать работу заказчику в срок, заказчик был очень недоволен, но, слава богу, мы поняли друг друга. Считаю, что в наше время такие вещи, как перебои интернета, просто неприемлемы. Это наш заработок, наша жизнь, а не только социальные сети.

«Лишили возможности сообщить родственникам, друзьям, знакомым о том, что у тебя все нормально»

Елена Садовская.
Елена Садовская.

Елена Садовская, корреспондент газеты «Вечерний Бобруйск»:

– В связи с пандемией наша редакция перешла на удаленную работу еще в марте. Благо, технически это сделать было несложно, так как для нашей работы в основном нужен рабочий компьютер, телефон, записная книжка, блокнот, ручка, диктофон. Но, как и в любой ситуации, шел процесс привыкания: вначале было некомфортно, хотя бы по той причине, что за годы выработана привычка: просыпаться, завтракать, иди на работу, приходить в офис, общаться с людьми в редакции и т.д.

С другой стороны, здесь вопрос в самоорганизации. И уже где-то с середины апреля получилось полностью перестроиться и эффективно работать в новых условиях. Тем более, когда ты постоянно находишься в информационном поле, понимаешь, что коронавирус – это далеко не фейк и далеко не смешно, и осознаешь, что лучше действительно работать удаленно, а часть общения с героями материалов перевести в онлайн.

И как бы все хорошо, механизм отлажен. Но известно, что из зоны комфорта надо периодически выходить самостоятельно, а если этого не делать, то события в жизни будут развиваться таким образом, что ты будешь вынужден это делать.

Так, 9-11 августа журналисты остались без интернета. Если бы моя работа была не связана с необходимостью в нем, то, может быть, я бы к этой ситуации отнеслась как к некомфортной, но достаточно просто переживаемой. Конечно, если отбросить все эмоциональные и моральные аспекты того, что тебя насильно лишили возможности получать информацию и делиться ею. Лишили возможности сообщить родственникам, друзьям, знакомым, которые находятся за пределами Беларуси, что у тебя все нормально. Если забыть, что и до того плачевная ситуация в экономике только усугубится.

Но встал вопрос: как работать? Нет возможности публиковать новости, но есть же возможность их собирать, чтобы потом опубликовать. Поэтому просто идем к людям, звоним по телефонам, переходим в оффлайн, делаем то, что в другое время просто не успевали, работать можно. Но несмотря на мой оптимизм я рада, что интернет все-таки дали.

«2020 год... IT-страна... Это уму непостижимо»

Екатерина Неделько.
Екатерина Неделько.

Екатерина Неделько, инженер-программист ОДО «Юкола-Инфо-Брест»:

– Когда количество заболевших коронавирусом стало стремительно увеличиваться, всем сотрудникам, по желанию и после согласования с руководством, предложили удаленную работу. Я и до этого работала удаленно, поэтому для меня ничего не изменилось. А вот отсутствие интернета в течение трех дней после выборов очень даже возмутило!

Наши системные администраторы выложили в общий̆ доступ программу Psiphon. Пока я ее не скачала и не установила, было ужасно. Много чего по работе приходится искать в интернете, скачивать, много нужных файлов находится на Google Дисках, доступа к которым не было. Хорошо хоть проблем с доступом к серверам не возникло.

2020 год... IT-страна... Это уму не постижимо. Учитывая то, что все мы платим исправно за пользование интернетом!

«Поставки прекратились, а люди стали очень мало покупать»

Максим и Екатерина Широкие.
Максим и Екатерина Широкие.

Максим и Екатерина Широкие (муж – ИП, занимается розничными продажами через интернет, одновременно работает на «Бобруйскагромаше»):

– Одной зарплаты и детских не хватает на нашу многодетную семью (в семье Широких подрастают трое деток прим. авт.). А так как мы хотим дать своим детям все самое лучшее, то приходится выкручиваться.

Когда появилась эпидемия коронавируса, продажи резко снизились. Поставки прекратились, а люди стали очень мало покупать. Пару месяцев мы работали чисто с тем товаром, который был в наличии, ассортимент был небольшой.

Ну а когда начались перебои с интернетом, работы вообще не было. Продажи полностью остановились, так как отсутствовал интернет. Мы начали подключаться через специальную программу, чтобы словить интернет, но все равно это не спасло, потому что далеко не у всех получилось так же подключиться. Поэтому продаж не было в этот период совсем.

«Мы же не в Северной Корее живем…»

Станислав Воронко.
Станислав Воронко.

Станислав Воронко, видеограф:

– Коронавирус, конечно, отразился на работе, если касаться свадебных съемок, то это мой первый сезон, который начался так поздно. Обычно весной уже вовсю шли съемки, а этот сезон начался только летом.

Сейчас ситуация с заболевшими улучшается, заказы начали по чуть-чуть прибавляться. Это уже радует. Отчасти эти изменения имели и положительные стороны, я посмотрел на другие сферы, связанные с видео, где можно заработать денег, та же реклама и так далее.

В дни, когда пропал интернет, я сделал себе отпуск, но монтаж никто не отменял. Поэтому занимался монтажом, отдыхал, находился в медитации, так сказать.

В целом, отреагировал на эту ситуацию, конечно, отрицательно – мы же не в Северной Корее живем, всем и так понятно, почему так происходит.