«Дорогая, вы же задушите меня…». Как в Бобруйском районе встречали Петра Машерова

5919
Александр КАЗАК. Фото из архива М.Ф. Пальчика и автора
«Райком закрыт, все ушли…» – так назвал свою «повесть из времен заката КПБ-КПСС на Бобруйщине» известный журналист Александр Казак, в трудовой биографии которого была и работа в Бобруйском райкоме КПБ. Продолжение...
Петр Машеров (впереди) во время посещений Бобруйщины в 1980 году. Рядом справа – первый секретарь Бобруйского райкома КПБ Михаил Пальчик.
Петр Машеров (впереди) во время посещений Бобруйщины в 1980 году. Рядом справа – первый секретарь Бобруйского райкома КПБ Михаил Пальчик.

Его помнит вся Беларусь

Петра Мироновича Машерова в нашей стране действительно не вспоминают специально в какой-нибудь юбилей или годовщину – его просто никогда не забывают и не могут предать забвению. Спроси любого белоруса, и он обязательно найдет несколько хороших слов о партизане Герое Советского Союза, комсомольском вожаке республики, лидере компартии, государства и нации. Их я слышал столько, что решил сделать некоторые воспоминания о хорошем человеке и руководителе составной частью своего повествования. Тем более что до 1980 года ни один райком партии не мог действовать без связи с ЦК, который возглавлял первый секретарь Машеров.

Я-то работал тогда еще в Бобруйской объединенной газете «Камуніст», но в памяти трагедия гибели Петра Мироновича отложилась прочно именно потому, что произошла на моей родине в Смолевичском районе. Когда появилось первое сообщение об автокатастрофе на участке автомагистрали Минск-Москва между Смолевичами и Жодино, я сразу понял, что места мне хорошо знакомы, и поспешил в выходные домой. Более того, там узнал, что мой брат Володя, работавший тогда на местной райсанэпидстанции, вместе с коллегами из Смолевичской райбольницы были первыми на месте происшествия.

– Все «скорые», что были у нас, ринулись к месту аварии у поворота с Московской трассы на деревню Плисса, – рассказывал брат. – Пострадавшему Машерову начали делать реанимационные процедуры, но вскоре убедились в его смерти и увезли в райбольницу. Затем из Минска прилетел вертолет за телом Петра Мироновича. На дороге же остались покореженная «Чайка» и сгоревший, столкнувшийся с ней, «ГАЗ-53Б», везший картошку с экспериментальной базы «Жодино» в Минск…

Как установило позднее следствие, водитель грузовика поздно среагировал на выполненный в соответствии с правилами маневр впереди шедшим «МАЗом» и выехал на встречную полосу, где и столкнулся с «Чайкой». В результате страшного удара взорвались бензобаки в обеих автомашинах. Смерть Машерова наступила мгновенно. Водителя грузового автомобиля выбросило из кабины, и он остался жив, был осужден на 15 лет, сейчас проживает в агрогородке Барсуки под Жодино.

Петр Машеров во время посещений Бобруйщины в 1980 году. Слева от него – председатель колхоза им. Дзержинского Анатолий Рубанов.
Петр Машеров во время посещений Бобруйщины в 1980 году. Слева от него – председатель колхоза им. Дзержинского Анатолий Рубанов.

Баба Ульяна и Машеров

По словам 80-летнего Михаила Пальчика, Петр Миронович любил бывать на Бобруйщине. Но не любил, чтобы его сопровождали кортежи милицейских автомобилей и люди в форме. В одно из посещений района вертолет первого секретаря ЦК КПБ приземлился на поле колхоза имени Пушкина. В условленном месте к тому времени собрались руководители Могилевской области, Бобруйска, Бобруйского района и его крупнейших колхозов.

В тот день сеяльщицу Ульяну Слободенюк председатель колхоза Виктора Тумашенко порекомендовал отправить на дальний клин яровых, дабы не внесла она сумятицу во встречу высоких гостей. Не догадываясь о причине ссылки в неблизкую сторонку, женщина периодически подсыпала новую порцию зерна в сеялку, внимательно наблюдала за соблюдением нормы высева да привычно покрикивала на тракториста, когда тот кривил вдруг рядки.

Но когда в небе появился вертолет и стал заходить на посадку, Ульяна моментом смекнула, что прилетел Машеров, о приезде которого вчера вечером судачили бабы в магазине. Она вставила болтавшийся на шее свисток в рот и, словно судья на футбольном поле, стала дуть в него и жестикулировать руками, показывая то на небо, то на сеялку, то на трактор. Механизатор ударил по тормозам и агрегат остановился.

– Адчапляй, паехалі – не бачыш, Машэраў прыляцеў, – властно потребовала Ульяна, залезая в кабинку «МТЗ-52».

Подъехали они к месту приземления, когда Петр Миронович был уже в окружении первых секретарей обкома, горкома и райкома партии, членов ЦК и правительства, группы тружеников с ближайших полей. Ростом не уступавшая главе республики, женщина буквально раздвинула мощные плечи государственных мужей и бросилась на шею руководителю Беларуси. Напряглись мужчины в штатском, но были остановлены взмахом руки Машерова, попавшего в плен объятий и поцелуев крестьянки.

Петр Машеров во время посещений Бобруйщины в 1980 году.
Петр Машеров во время посещений Бобруйщины в 1980 году.

– Дорогая, Вы же задушите меня… И что Ваш муж скажет? – не ожидая такого напора, улыбаясь, вопрошал Петр Миронович.

– А я не Вас цалую, я абдымаю нашу партыю і родную савецкую ўладу! Ці ж магла б я, гаротная баба, што дачакалася мужыка з фронту, бітага-перабітага, нарадзіць і вырасціць чацвёра дзяцей… Даў бог, выхавалі, вывучылі: дочкі – настаўніца і фельчар, хлопцы – інжынер і шафёр. Дзякуй нашай дзяржаве! – женщина концом платка стала промакивать уголки глаз, будто в них попала соринка.

… В другой раз первый секретарь ЦК КПБ приземлился на поле колхоза имени Дзержинского в разгар жатвы. Здесь его встречали председатель Совета Министров БССР Александр Никифорович Аксенов, секретарь ЦК Николай Иванович Дементей, первый секретарь Могилевского обкома партии Виталий Викторович Прищепчик, первые секретари бобруйских горкома и райкома КПБ – Иван Семенович Метько и Михаил Федорович Пальчик, председатель колхоза Анатолий Захарович Рубанов, другие официальные и неофициальные лица.

Кто еще бывал на Бобруйщине

Наш район, находясь на пересечении многих важных дорог с востока на запад и с севера на юг, в 1980-х был активно посещаем как начальством разного рода, так и делегациями, приезжавшими за действительно передовым опытом. Не раз приходилось встречать и сопровождать высоких гостей, слушать их разговоры с нашими руководителями, знакомить с историей и современным развитием Бобруйщины. Не скрою, доводилось и провожать их до границ района, с остановкой в живописных местах – в бору, дубраве или на реке.

Петр Машеров во время посещений Бобруйщины в 1980 году.
Петр Машеров во время посещений Бобруйщины в 1980 году.

Гостеприимные хозяева всегда удивят какой-нибудь изюминкой в квасе или вишенкой на торте. Так, помню, в буквальном смысле было и на семинаре по выращиванию кукурузы, проходившем на базе колхоза «Победа». Участвовал в нем преемник П.М. Машерова Тихон Яковлевич Киселев. Походили по полю, посмотрели, как убирают ценную кормовую культуру на силос, постояли у щитов с диаграммами, обсудили задачи и перспективы. В довольно жаркий день у стендов был и стол с минералкой, лимонадом. Подойдя к нему, первый секретарь ЦК КПБ то ли в шутку, то ли всерьез молвил: «А чего-нибудь другого, холодненького не найдется?». Всего несколько минут понадобилось водителю председателя колхоза, по-моему, тогда – Киреева, чтобы доставить из собственного погреба в Плесах трехлитровую банку кваса, в котором плавали ягоды изюма. Похвалив холодный напиток, Тихон Яковлевич поинтересовался рецептом. Оказалось, это был березовик – квас из березового сока.

Бывали у нас на Бобруйщине сменявшие друг друга первые секретари ЦК КПБ Николай Никитович Слюньков, Ефрем Евсеевич Соколов… На поля и фермы района приходилось сопровождать заведующего аграрным отделом ЦК партии Николая Григорьевича Войтенкова и инструктора Михаила Ивановича Русого, на предприятиях бывал вместе с инспектором ЦК Рубаном, инструктором Александром Константиновичем Щербацевичем, запомнившимся как полный тезка.

Окончание следует.

Предыдущие публикации на эту тему:

«Райком закрыт, все ушли…». Повесть из времен заката КПБ-КПСС на Бобруйщине

Шапка из крысы. Как менялись в 1980-х головные уборы работника Бобруйского райкома компартии

Это трудное слово «плюрализм». Как в Бобруйском райкоме изучали «перестроечную» лексику и спасали архивы ВЧК

Что веселило народ на скучных партлекциях

Ироничный Пальчик, «энерджайзер» Рудая... «Цепкие и крепкие» люди из Бобруйского райкома

Массаж в кабинете райпо и афоризмы от председателя колхоза

«Австралийская охота» в «Гороховском» и Гёте в Химах

Теннис под шурпу: как «релаксировали» в Глуше наши руководители

«Дело Пальчика» и «карающие мечи» парткомиссии Бобруйского райкома

Как милиция нас берегла, а доктора лечили: Бобруйщина 1980-х

Как бобруйчане путешествовали в эпоху «железного занавеса»

Принципиально-критические, сатирически-острые, неугомонно-веселые... Партийные вожаки Бобруйщины

«Ковали» кадры в райкоме, и тут грянула «перестройка»