Юзик, Толик, Абрам... Воспоминания Леонида Раскина о коллегах с завода им. Ленина + отклик

2859
«Вечерний Бобруйск»
В сентябре прошлого года мы начали публикацию отрывков из воспоминаний Леонида Раскина, бывшего начальника главного механо-сборочного корпуса бобруйского машиностроительного завода им. Ленина, ныне проживающего в США. Материалы о жизни завода образца 1960-х, 70-х, 80-х годов вызвали интерес у читателей. Продолжаем публикацию.

Эта глава будет посвящена моим коллегам: рабочим, инженерам и руководителям. О некоторых из них вы уже читали, мои чувства к ним неизменны – это замечательные люди, и в знак уважения к ним я должен вспомнить и рассказать о них в моем повествовании.

1 мая 1984 года. Работники завода им. Ленина с детьми на демонстрации. Леонид Раскин – крайний справа.
1 мая 1984 года. Работники завода им. Ленина с детьми на демонстрации. Леонид Раскин – крайний справа.

Почему я своих бывших коллег помню спустя столько лет? Для меня главным критерием оценки человека всегда была порядочность. Очень емкое понятие. Для себя я определил его как «уважать всякого человека, как самого себя, и поступать с ним, как мы желаем, чтобы с нами поступали» (Конфуций).

В нашей системе производственных отношений у каждого было свое место. Я не могу назвать моих коллег друзьями, потому что в частной жизни у нас отношений, которые бы можно было назвать дружескими, не было: мы не ходили друг к другу в гости, не отмечали совместных торжеств, в общем, вне завода у каждого была своя жизнь. Я не хотел бы, чтобы вы это поняли так, что мы сторонились друг друга. Скорее, это были особые отношения.

Мой наставник – Николай Адамович Мазур

Одним из самых уважаемых мною людей на заводе был мой Николай Мазур, слесарь-инструментальщик, как говорится, от бога. Полгода я был у него в учениках и почти два года, до призыва в армию – его напарником. Для меня он был и останется замечательным образцом достойного и порядочного рабочего человека.

Когда я попал к нему в ученики, мне было чуть больше 17-ти, ему – уже за 30, он был женат, у него подрастали двое сыновей. Он был хорошим семьянином. На мое первое обращение к нему на «Вы» он сразу же сказал: зови меня Николай, так и пошло.

За то время, что я проработал с ним, он ни разу не повысил на меня голос. Если я ошибался или что-то делал не так – он брал меня за руку и показывал, как надо. За это время я многому научился в слесарном деле и по жизни.

Последующие 30 лет наши отношения с ним всегда были уважительными, где бы я ни работал: инженером, начальником ГМСК и когда уже имел свой бизнес. За несколько дней до отъезда за рубеж я пришел к нему цех, чтобы попрощаться. Обнявшись, мы пожелали друг другу удачи.

Надежный человек Владимир Викторович Щура

Из всех своих подчиненных в бытность начальником цеха на машзаводе хочу выделить Владимира Щура, с которым мы проработали почти 6 лет. Его перевели к нам в ГМСК из МСЦ-1, где он лет десять был рядовым мастером. Слышал, что его «зажимала» команда тогдашнего начальника МСЦ-1 Б. Геллера, что у них были конфликты по поводу пьянок рабочих, которых эта команда выгораживала, и т.п. дела. Мы по работе не пересекались, но я о нем слышал только хорошее. Поэтому почти сразу назначил его начальником участка. Это назначение имело для Владимира Викторовича значение не только в профессиональном плане (ему уже было около 45-ти, а он все еще ходил в мастерах), но еще в большей степени в психологическом. Перед моим отъездом он сказал мне, что всегда по-человечески был мне благодарен за доверие и поддержку.

«Великий комбинатор» Юзик Абелев

Мы, коллеги, так в шутку называли Юзика Иосифовича Абелева, когда он рассказывал о тех «комбинациях», что ему приходилось «прокручивать». Среди руководителей служб и цехов Юзик Иосифович, на первый взгляд, был несколько суетлив, говорил быстро, всегда спешил – невысокий, полноватый, все время с папочкой под мышкой… И действительно, он был на очень важном для завода посту – начальник инструментального отдела, а инструмент – это все! Можно иметь рабочих, станки, заказы, но это все мертво без инструмента, а нашему большому заводу требовалось сотни его типоразмеров и наименований. Конечно, были «фонды», и они получались, но их не хватало, а с учетом варварского отношения к оборудованию да в атмосфере «давай план любой ценой» никого не интересовало, что фонды уже давно выбраны, что сверла, резцы, фрезы служат больше, чем надо – приказ директора: «Обеспечить!» звучал постоянно.

И он крутился: на моей памяти серьезных сбоев в работе из-за инструмента не было. Большинство из нас, начальников цехов, хорошо понимали, с какими трудностями приходилось сталкиваться Юзику, и поэтому многие вопросы при директоре и не поднимались, чтобы не подставлять его, а решались «тет-а-тет».

По характеру Юзик Иосифович был добр и отзывчив. С его женой Броней я работал в ПЭО и поддерживал хорошие отношения; их сын Игорь тоже работал на заводе. Помню, он долго не женился, так ползавода присматривали ему невесту! Сейчас Игорь вроде бы живет в Израиле, а его родителей уже нет в живых, но Юзика и Броню я всегда вспоминаю с особой теплотой: хорошие они были люди.

Совесть завода – Георгий Бельский

Георгий Дмитриевич Бельский был одним из самых известных людей на заводе. А заслужил он к себе такое внимание своей принципиальностью и прямотой, с которой он говорил на собраниях о недостатках в работе, при этом мог упомянуть и директора, не говоря о других начальниках. Понятно, чтобы позволить себе подобное, нужно было и самому иметь безупречную репутацию, и Георгий Дмитриевич ее имел.

Он работал на заводе с юношеских лет (1933 года рождения), его группа механизации сначала занимала несколько верстаков в инструментальном цехе, а после он уже был начальником ОМА (отдела механизации и автоматизации).

Несмотря на то, что у него не было высшего инженерного образования, постоянное самообразование помогли ему стать очень компетентным и грамотным в своей сфере. В его отделе было 7-8 инженеров очень высокой квалификации, на участке работали настоящие мастера. Кстати, вся специальная тара по моим рацпредложениям была сделана именно на участке ОМА и даже спустя четверть века еще была в рабочем состоянии.

В общественной жизни завода его роль тоже была очень заметна: спортсмен, организатор соревнований, но главным его детищем была ДНД (добровольно-народная дружина). Он ее создал и был неизменным ее командиром много лет.

Отличный парень Виктор Тарасов

Всегда с симпатией вспоминаю Виктора Яковлевича Тарасова, начальника РСУ (ремонтно-строительного участка). Хлопотливая была у него должность: все работы всегда были «срочные» и под контролем, и когда я возглавлял службу контроля исполнения, то частенько его прикрывал, чтобы по пустякам Тарасова не били. Ведь были такие дела, с которыми можно было подождать.

Виктор был на пару лет моложе меня, спокойный и очень обязательный, его уважали и подчиненные, и коллеги. У нас были хорошие отношения, а после моего отъезда, я слышал, что он тоже ушел в бизнес – открыл строительный кооператив. Я ему желаю здоровья и успехов.

Анатолий Васильевич Логвинович или просто Толик

Один из самых уважаемых мною людей не только по заводу, но и по жизни. Я знаком с ним с юношеских лет. Еще с тех пор, как мы, пацаны, всей улицей ходили в «физкаб» – так назывался знакомый всем бобруйчанам спортзал на углу Социалистической и Бахарова, где тренировались штангисты, гимнасты, боксеры. Мы туда ходили в секцию вольной борьбы, к любимому тренеру Григорию Волохову. А вместе с нами тренировались и старшие парни, среди которых был и Толик. Он только пришел из армии, был уже перворазрядником или КМС по вольной борьбе, таких было всего пару ребят. Боролся он красиво, и мы крутились возле него, разучивая приемы, и звали его просто Толик, без всяких «выканий», так было принято в нашей среде.

Уже на заводе мы начали с ним общаться. Мне он нравился: умный, открытый, без всяких задних мыслей, веселый и приятный. Не одну чашку зеленого чая мы с ним выпили в его кабинете, беседуя о спорте и жизни.

Собкор БМЗ им. Ленина Абрам Гохман

Это не игра красивыми словами. В городской газете «Камунiст» регулярно появлялись заметки Абрама Гохмана о заводе Ленина – он писал о людях и заводских проблемах, достижениях и порой критиковал руководство за беспорядки. Поэтому начальство его недолюбливало, но он никого не боялся и писал не только в городскую, но и в областную и республиканскую газеты.

Мы с ним были в товарищеских отношениях, хотя мне было около 30, а ему – уже за 60. Сошлись мы, как говорится, благодаря моей маме – они были давно знакомы, он жил недалеко от станции «Бобруйск», где мама работала.

Работал он в бюро техдокументации – разносил техдок по службам. На заводе его звали по-разному: кто – «Абраша», а кто – «товарищ Гоухман» (так писалась его фамилия по-белорусски), я лично звал «дядя Абрам».

Этот невысокий, кругленький, немного шепелявивший, с типичной внешностью старого мудрого еврея, старик был чрезвычайно интересным собеседником, а уж остер на язык! Между прочим, с Лизой Спицеровой они почему-то были в «контрах», уж не знаю, какая кошка между ними пробежала. О его личной жизни ходили всякие слухи, но мне было не до них, я уважал и уважаю этого человека.

Из книги Леонида Раскина «Записки рожденного в СССР»,

Печатается в сокращении, фото из архива автора.

Продолжение следует.

Отклик на публикацию

Уважаемые читатели! К сожалению, пока нет технической возможности оставить комментарий непосредственно под материалом, однако вы можете прислать свой отклик на редакционный e-mail: red-vb@yandex.by. Мы увидим и опубликуем!

Регина Шпилевская прислала вот такое письмо на эту публикацию:

«Спасибо большое Леониду Раскину за статьи о заводе Ленина. Сегодня я нашла фотографию с демонстрации, где рядом с Леонидом Раскиным стоит мой дядя Шпилевский Владимир Адамович, который много лет проработал на заводе. Было очень приятно и неожиданно! Спасибо за память! Читаю статьи с большим удовольствием».