Гособвинитель требует для бобруйского «альфонса» семь лет. Адвокат просит уменьшить до трех

1397
Ирина СЕВЕРНАЯ.
В среду, 19 июня, в суде Бобруйска продолжилось рассмотрение дела 30-летнего Александра С., который, втираясь в доверие, просил у женщин оформлять на свое имя мобильные телефоны в рассрочку, а денег за них так и не отдавал. Стороны перешли к прениям.

Напомним, на счету 30-летнего мошенника семь жертв, шесть из которых женщины и один мужчина. Александр, наделенный определенным обаянием и харизмой, производил особое впечатление на представительниц слабого пола, некоторым еще и говорил о совместных планах на будущее. Войдя в доверие, он просил у них оформить на свое имя покупку для него мобильного телефона в кредит, обещая самостоятельно погашать платежи. Некоторые оформили на себя один телефон, а другие – два. Стоимость покупок была от 700 до 2 500 рублей. Телефоны мужчина забирал себе, но платежи не вносил. У одной из потерпевших он еще взял автомобиль якобы в ремонт, но возвращать не торопился и даже отдал его постороннему человеку под залог.

Сегодня в зале судебных заседаний присутствуют 12 человек: трое потерпевших и их знакомые, бывшая и настоящая жены обвиняемого, его родители и еще несколько человек. Обвиняемый за решеткой, как и во время предыдущих заседаний, постоянно улыбается и с издевкой смотрит на потерпевших, отпуская в их адрес различные реплики. Судья Игорь Кураленко несколько раз делает ему замечания.

Гособвинитель требует семь лет лишения свободы с конфискацией имущества

Гособвинитель Ольга Новикова отметила, что показания потерпевших, свидетелей и письменные материалы уголовного дела полностью доказываю вину обвиняемого.

– Он из корыстных побуждений, путем злоупотребления доверием потерпевших завладел их имуществом и денежными средствами. Платить рассрочки за телефоны обвиняемый не собирался, и даже не задумывался, какие проблемы он создает потерпевшим. В совершенном тяжком преступлении не раскаивается.

Гособвинитель потребовала назначить обвиняемому наказание в виде 7 лет лишения свободы с конфискацией имущества в колонии усиленного режима в соответствии с частью 4 статьи 209. (Мошенничество, совершенное организованной группой либо в особо крупном размере).

Потерпевшая: «Живу в постоянном страхе, что имущество мое опишут»

Все потерпевшие еще раз повторили, что обвиняемый воспользовался их сложной жизненной ситуацией – втирался к ним в доверие, а потом использовал это для собственного обогащения. Девушки страдают сейчас вдвойне – от действий мужчины, которому поверили и от действий кредитора – в данном случае салонов сотовой связи, которые требуют с них погашать рассрочку за взятые ими мобильные телефоны.

– Сейчас я на грани нервного срыва, – рассказала одна из них. – Я живу в постоянном страхе, что мое имущество всё опишут, хотя у меня и взять-то практически нечего.

Другая пострадавшая высказала мнение, что в законодательстве есть определенные пробелы:

– Такие сделки не должны признаваться действительными. Если бы все эти долги перевели на С., это было бы справедливо. Ведь всеми телефонами пользовался он, а не мы.

Когда девушка высказала предположение о том, что о мошеннических схемах С. знали его близкие, обвиняемый со злостью выкрикнул: «Семью не трогай!».

Адвокат: «Это был ваш выбор – знакомиться или нет»

Адвокат, пытаясь смягчить вину своего подзащитного, привел несколько доводов. По его словам, подсудимый в ходе судебного следствия не раз сказал о том, что вину свою признает, в подтверждение этого он полностью признал все заявленные гражданские иски. А признание вины и раскаяние в содеянном является одним из смягчающих обстоятельств по делу.

К тому же, по мнению защиты, обвиняемый способствовал раскрытию преступлений, давая признательные показания и не вводя следствие и суд в заблуждение.

Еще одним смягчающим обстоятельством адвокат назвал наличие на иждивении у обвиняемого несовершеннолетних детей.

Обращаясь к пострадавшим, представитель защиты сказал:

– Девочки, поверьте, все сидящие в зале сочувствуют вам, вопросов нет. Я тоже сочувствую. Но это был ваш выбор: знакомиться с ним или нет, покупать телефоны или нет. Он же в отношении вас никаких насильственных действий не совершал, не принуждал, угроз не высказывал. В этой части я считаю, вы должны винить сами себя в том, что поступили так неосмотрительно.

Также адвокат высказал мнение, что обвиняемый не замышлял мошеннических действий с автомобилем пострадавшей М. (напомним, его Александр отдал под залог своему знакомому за 1,5 тысячи долларов без ведома владелицы).

– Он сам говорил, что мог бы продать его по запчастям, если бы хотел продать. Но мой подзащитный собирался отдать залог и вернуть автомобиль пострадавшей, только не успел этого сделать.

Учитывая приведенные доводы, адвокат считает, что «уголовно-наказуемого деяния в действиях С. в данной части не усматривается» и просит исключить сумму, оставленную в залог автомобиля, из обвинения. Вместе с тем адвокат признает, что это не может стать основанием для переквалификации действий обвиняемого, поскольку общая сумма ущерба все равно остается особо крупной (29 854 рубля).

Адвокат просит суд с учетом всего вышесказанного назначить своему подзащитному минимальное наказание по инкриминируемой статье – три года лишения свободы вместо семи.

«Почему люди должны быть наказаны за доверие к другим?»

Слова адвоката о том, что девушки сами виноваты в произошедшем, вызвали возмущение пострадавших.

– Хорошо, мы сами виноваты – виноваты, что мама с папой учили нас доверять людям, – эмоционально возмутилась одна из них. – После случившегося я действительно вижу в каждом мужчине С. Ко мне мужчина подходит, а я ему уже не верю. Спасибо за хороший урок, но слишком дорогим он оказался для меня. Что касается такого смягчающего обстоятельства, как наличие у С. четверых детей на иждивении… – у меня тоже есть ребенок, я не работала, когда всё это произошло. Кто у меня спросил, чем я буду кормить его, с чего я буду платить долги. Сколько мыслей посещает, когда растягиваешь пачку пельменей на четыре дня. Ладно, я глупая, но разве это его оправдывает? Тогда давайте узаконим мошенничество. Почему люди должны быть наказаны за доверие к другим?

Еще одна потерпевшая уверена, что если обвиняемому вынесут наказание – минимальный срок лишения свободы, то это станет поощрением подобных преступлений в нашем обществе. Также девушка категорически не согласна с высказываем адвоката по поводу того, что подсудимый раскаивается в содеянном.

– Он сейчас сидит и издевается над нами. Здесь раскаянием даже не пахнет. Когда мы встречались в кабинетах милиции, следователей, он везде вел себя нагло и дерзко. Сказать: "раскаиваюсь" и раскаиваться на само деле – это две большие разницы.

В суде объявлен перерыв до 5 июля. Планируется, что в этот день предоставят последнее слово обвиняемому.