«Нехорошие» соседи. За что и куда могут выселить, если признают «асоциальным элементом»?

3438
Ирина ХАМРЕНКО-УШАКОВА. Фото: Денис СУДНИК
Никому не хотелось бы иметь таких соседей: одна перепутала свою квартиру с мусоркой, другой устроил из жилища притон для бомжей… Когда терпение добропорядочных граждан кончается, они собирают подписи и требуют выселения «асоциальных элементов». Но куда их обычно выселяют? Зачастую дорога таким жильцам дальше только одна – на улицу.
Мария Николаевна Казанцева.
Мария Николаевна Казанцева.

Специфическая квартира

Марии Николаевне Казанцевой 82 года. Она работала на «Красном пищевике» и, как сама говорит, «отдала всю жизнь работе», поэтому, дескать, не обзавелась ни мужем, ни детьми. Ее единственные родственники – дети племянницы, которые воспитывались в детском доме, а женщина, по ее словам, их регулярно забирала к себе на выходных.

Один из племянников, Иван, однокомнатную квартиру на бульваре Приберезинском, 39 в 6-м микрорайоне получил как сирота. В этой квартире тетя Мария и живет сейчас. А внучатый племянник, по ее словам, на заработках в России.

Вокруг этой квартиры и разгорелся сыр-бор. Местное ЖЭУ-12 вручило Марии Николаевне предупреждение: до 25 марта выселиться из жилища, поскольку, во-первых, она не имеет права проживать в социальной квартире, оформленной на другого человека, а во-вторых, развела на занимаемой жилплощади настоящую антисанитарию, на которую жалуются соседи.

В квартире на Приберезинском бульваре Мария Казанцева развела настоящую антисанитарию.
В квартире на Приберезинском бульваре Мария Казанцева развела настоящую антисанитарию.

Однако сама Мария Николаевна так не считает.

– Мне говорят, что у меня все вещи свалены в кучу. Но у меня нет шкафов, нет мебели, чтобы куда-то их сложить, – оправдывается она. – Вот стоят банки пластиковые – так они же чистые, а в хозяйстве могут пригодится. Я из «капроновой» баночки чай попью, а если на пол упадет – не страшно, не разобьется, у меня ведь руки слабые.

Впрочем, не нужно надевать очки, чтобы увидеть очевидное: квартира, где живет Мария Николаевна, действительно завалена вещами. Здесь и одежда, и старые игрушки, и зонтики, использованные пластиковые бутылки и стаканчики, книжки (например, «Кто такой нотариус» и «Иисус Христос»), газеты, какие-то детали деревянной мебели и множество пакетов с неизвестным содержимым. Все это лежит просто на полу, по которому ползают муравьи и тараканы. Из-за обилия вещей в коридоре осталась узкая дорожка, чтобы протиснуться в зал.

Квартина на Приберезинском принадлежит родственнику Марии Николаевны.
Квартина на Приберезинском принадлежит родственнику Марии Николаевны.

Есть и свое жилье

В ЖЭУ-12 «ВБ» пояснили: у Марии Николаевны есть своя однокомнатная квартира, в которой она прописана, в пятиэтажном доме №217 на улице Пушкина.

По словам самой женщины, жить там она не может: несколько лет назад в доме сильно протекла крыша, случился настоящий потоп, залило весь стояк. В тот момент Мария Николаевна была в больнице, и поэтому ее квартира на втором этаже особенно пострадала, часть вещей пришла в негодность, пропало электричество. Поэтому женщина, по ее словам, и переехала в квартиру к внучатому племяннику.

– Мы вместе живем спокойно. Я ему готовлю, стираю вещи, иногда помогаю заплатить за свет или воду, ему ведь тяжело одному, он сирота, – рассказывает Мария Николаевна.

Соседи Казанцевой по подъезду в доме на Пушкина рассказали, что в квартире Марии Николаевны работники местного ЖЭУ давно бы уже сделали ремонт, да не могут попасть внутрь – из-за хлама.

– Там настоящая мусорка, от пола до потолка, – добавила одна из соседок, – до чего дошло – ко мне из ее квартиры даже крысы перебегали! Мария сюда приходит периодически, но внутрь не заходит. Почту забирает, на лавочке посидит, и все.

Даже дверь заваривали

Работники ЖЭУ №12 пожилой женщине объяснили: жить у внучатого племянника Ивана она не имеет права.

– Квартиры, которые выделяют сиротам и другим социально незащищенным категориям граждан, имеют особый статус. В таком жилье имеют право проживать только те члены семьи, которые изначально были прописаны в соответствующем решении Бобруйского горисполкома, – поясняет начальник юридического сектора БУКДПОЖФ Первомайского района Елена Хвостюк. – Тетя матери сюда не относится.

К слову, свое родство с Иваном Мария Николаевна доказать тоже не может.

Выселить бабушку из квартиры на бульваре пытались не один раз, однажды даже заваривали входную дверь, чтобы она не могла туда попасть.

Следы сварки и сейчас видны.
Следы сварки и сейчас видны.

– Я была на улице, и когда дверь заварили, осталась без вещей, документов, и несколько месяцев жила на вокзале, – утверждает Мария Николаевна. – Пенсию не могла получить, но мне помогали деньгами в храмах.

Лишь после обращения, как она говорит, «в различные инстанции» в квартиру на Приберезинском ей снова удалось попасть.

Сейчас добровольно выселяться из жилья внучатого племянника Мария Николаевна тоже не собирается. На звонки ЖЭУ она просто не отвечает, никого не впускает в дом. Но признается: если придут выселять насильно – придется снова идти на вокзал. Возвращаться в свою квартиру на Пушкина женщина почему-то не хочет.

Кто мог бы помочь

– Марии Николаевне не раз предлагали волонтерскую помощь в уборке по дому, однако она отказалась, мотивируя свой отказ тем, что все вещи, находящиеся в квартире, ей нужны, – рассказала начальник отделения первичного приема, анализа, информирования и прогнозирования Первомайского ТЦСОН Вера Прудникова.

Одинокая пожилая женщина могла бы рассчитывать и на помощь социального работника, но для этого ей тоже необходимо навести порядок в квартире.

Жить у внучатого племянника Ивана Мария Николаевна не имеет права.
Жить у внучатого племянника Ивана Мария Николаевна не имеет права.

Кроме того, пояснила специалист, Марию Казанцеву могли бы приютить в отделении круглосуточного пребывания граждан пожилого возраста и инвалидов (на ул. Бахарова, 267), за проживание в котором она бы платила 85 процентов своей пенсии.

За антисанитарию имеют право выселить

Антисанитария, нарушение правил проживания и задолженность по оплате жилищно-коммунальных услуг – три основные причины, по которым вас могут выселить как из арендной квартиры и общежития, так и из приватизированного жилья, пояснили в БУКДПОЖФ Первомайского района. Кстати, последняя причина – самая распространенная. Для того, чтобы иск о выселении был направлен в суд, жильцу неприватизированной квартиры достаточно иметь двухмесячную задолженность, а приватизированной – более шести месяцев. Основанием для иска будут служить и не менее трех за год административных протоколов, составленных на шумного или безответственного жильца.

В 2018 году в суд на выселение было направлено 50 исков только из одного Первомайского района. Выселено 13 человек. За три месяца 2019 года – уже 20 исков, выселили 11 граждан. Причем, выселение не подразумевает предоставления какого-либо жилья взамен.

82-летняя Мария Казанцева хоть и не имеет сегодня задолженности по оплате услуг, однако выселения ей не избежать. Причем в ее случае подавать иск в суд, по закону, не требуется. Женщине уже вручили два уведомления, определили срок – покинуть чужую квартиру на Приберезинском до 15 апреля. Если она этого не сделает добровольно, подключатся милиция и отдел принудительного исполнения.

Покинуть квартиру на Приберезинском Мария Казанцева должна до 15 апреля.
Покинуть квартиру на Приберезинском Мария Казанцева должна до 15 апреля.

Кого еще выселяли и что стало с этими людьми

В середине марта этого года на станицы интернет-портала tut.by попал бобруйский кооперативный дом №86 на улице 50 лет ВЛКСМ. Его жильцы собрали подписи за то, чтобы выселить 18 своих соседей – тех, кто имеет задолженности по оплате и ведут асоциальный образ жизни. Эти люди также получили квартиры в качестве социального жилья и сейчас беспокоят своих соседей, даже пожар устроили в ночь со 2-е на 3-е марта.

Жильцы направили свое обращение в различные инстанции, включая Администрацию Президента и ждут ответа.

В апреле 2018 года «ВБ» рассказывал историю 49-летнего Вадима Синкевича. За многотысячный долг по «коммуналке» мужчине грозило выселение из его дома в районе улицы Дзержинского.

Осенью того же года Вадим сам пришел в редакцию и сообщил, что его таки выселили. И что живет он теперь в неотапливаемом сарае рядом с домом.

Позднее мужчину несколько раз видели в одном из магазинов на Дзержинского, где он отогревался зимой. Где сейчас находится Вадим, и жив ли он, нам не известно.