«Как наносил удары – не помню». В Бобруйске начался суд по делу об убийстве двух девушек

7354
Настасья ЗАНЬКО. Фото: Александр РУЖЕЧКА. Onliner.by
4 декабря Могилевский суд начал рассматривать дело о преступлении, которое в июле шокировало весь Бобруйск, – об убийстве двух девушек на улице Лынькова. Заседания проходят в суде Бобруйска и Бобруйского района. Репортаж с первого дня процесса ведет Onliner.by.

Напомним, убийство произошло 20 июля. Девушки 26 и 27 лет отдыхали в ночном клубе Бобруйска, а после отправились домой к мужчине, с которым познакомились там же. В какой-то момент произошла ссора. Девушки заперлись в ванной комнате и позвонили в милицию, но не смогли назвать точный адрес. Позже обе были обнаружены мертвыми – хозяин квартиры нанес женщинам многочисленные удары руками, ножом и молотком.

Мужчина уже был ранее неоднократно судим, в том числе за совершение преступлений против жизни и здоровья. Экспертизы показали, что в момент убийства он осознавал характер своих действий. Его действия квалифицированы по статье 139 УК РБ – убийство двух и более лиц, совершенное с особой жестокостью. В качестве максимального наказания данная статья предусматривает лишение свободы на срок до 25 лет, пожизненное заключение или смертную казнь.

Ниже читайте репортаж с первой половины сегодняшнего заседания. Вторую часть от корреспондента «ВБ» читайте здесь.

Перепечатка дальнейшего текста и фото осуществляется с согласия редакции портала Onliner.by. Оригинал материала.

Начало суда по делу о двойном убийстве девушек в Бобруйске. Фото: Александр Ружечка.
Начало суда по делу о двойном убийстве девушек в Бобруйске. Фото: Александр Ружечка.

Судебное заседание ведет судья Могилевского областного суда Михаил Мельников, сторону государственного обвинения представляет прокурор отдела прокуратуры Могилевской области Ольга Иванова.

Перед залом суда — журналисты и родственники погибших.

— Хочу увидеть его лицо, — говорят они и подходят ближе к залу суда, когда обвиняемого Александра Осиповича ведет конвой.

В зале суда мама одной из погибших Нина Алексеевна Климова плачет и украдкой вытирает глаза платочком. Мама второй погибшей к началу заседания не успела: она едет из Глусского района и раньше 11 часов в Бобруйске быть не может.

— Как ваше самочувствие? — спросил судья у Нины Алексеевны. Она тяжело поднялась, чтобы ответить на его вопрос.

— Я выдержу, — дрогнувшим голосом сказала она.

— Если вы почувствуете себя плохо, мы можем разрешить вам задавать вопросы сидя, — сказал судья.

Александр Осипович родился 27 марта 1982 года. По образованию он токарь, окончил ПТУ, а еще были курсы при исправительной колонии №8. Разведен, детей нет.

Судим был четыре раза. Первый раз в 2000 году, когда ему было 18 лет (ч. 2 ст. 106 в редакции Уголовного кодекса БССР 1960 года — это «Умышленное тяжкое телесное повреждение»). Тогда он получил 7 лет лишения свободы. Срок был сокращен по амнистии на 1 год, но отсидел Александр тогда только три года: вышел на свободу в 2003 году по УДО.

Второй раз — в ноябре 2006 года. Его судили по ч. 1 ст. 339 «Хулиганство». Тогда ему дали штраф в 30 базовых. Штраф Александр погасил.

Третий раз он попал в 2007 году. Его судили по ч. 1 ст. 205 «Кража», ч. 2 ст. 206 «Грабеж», ч. 2 ст. 339 «Злостное хулиганство». Тогда он получил 2,5 года лишения свободы в колонии общего режима, потом наказание смягчили — и на остальные 1,5 года он был направлен на исправительные работы, 15% заработка платил государству.

Четвертое уголовное дело в его биографии было в 2010 году. Его признали виновным по ч. 3 ст. 147 — причинение тяжких телесных повреждений. Получил наказание — 6 лет и 1 месяц лишения свободы. Он освободился в декабре прошлого года после того, как отсидел весь срок. Всего в колониях он провел 11 с половиной лет.

До июля работал сборщиком окон в частной фирме. Сейчас его обвиняют по п. 1, 6 ч. 2 ст. 139 «Убийство двух лиц, совершенное с особой жестокостью» Уголовного кодекса Беларуси. Максимальная санкция по этой статье — смертная казнь.

Суд сделал перерыв на 15 минут: ждем Елену Михайловну Крюшкину.

Гособвинитель Ольга Иванова зачитывает обвинение. Александра Осипова обвиняют в том, что 20 июля около 7 утра в ходе внезапной ссоры он стал бить двух девушек — Олесю Климову и Кристину Крюшкину. Они пытались спастись и закрылись в ванной комнате.

Тогда Александр взял молоток и нож и ворвался в комнату. Судя по тому, как долго прокурор зачитывает список телесных повреждений, становится ясно, что Александр бил девушек по всему телу. Олесе Климовой досталось больше всего...

— Осипович нанес множество ударов молотком и ножом в голову и шею, — зачитывает приговор прокурор под всхлипывания мамы девушки. — Всего нанес Климовой не менее 77 ударов молотком, ножом и руками. Не менее 48 ударов по голове жертвы.

Олеся Климова умерла от открытой черепно-мозговой травмы со множеством переломов черепа и кровоизлияний, Климова скончалась от открытой черепно-мозговой травмы.

Крюшкиной он нанес не менее 16 ударов и два удара в шею. Она умерла от массивной кровопотери.

— После убийства Осипович принял меры к расчленению трупов и сокрытию следов преступления, — отмечает прокурор.

— Я частично признаю свою вину, — ответил Александр Осипович на вопрос судьи. — Я не предпринимал меры к последующему расчленению и сокрытию трупов.

— А остальное? То, что вы убили Климову, нанеся ей не менее 77 ударов, из них 48 по голове, — это вы признаете?

— Полное количество ударов я признаю, а как наносил — не помню.

— Вы признаете, что от ваших действий умерли потерпевшие? — задал вопрос судья.

— Да, я признаю.

— Обвиняемый, когда говорите, думайте, что вы говорите. Начните с себя, как учились, где учились, где познакомились – все подробно. Слушаем ваш свободный рассказ, не перебиваем, — отметил судья.

— Я родился в Бобруйске в полной семье, сад, учился в 20-й школе. Во время учебы, когда мне было 10 лет, погиб трагически отец. Можно я не буду про детство про все? Я начну сразу с трагического того дня, — просит он. — 19 июля 2018 года после отработанной смены я с товарищем Владимиром К. направился в магазин по улице 50 лет Октября — это «Евроопт». Там купил пиво, двухлитровую бутылку. Мы пошли во дворы — распили ее, после направились к знакомому — соседу Андрею Ж., по адресу Лынькова, 31. Дальше пошли в другой «Евроопт» по улице Минской, взяли пива и распивали. Владимир направился домой, а мы с Андреем пошли дальше пить. Стояли пили. После встретил знакомого Анатолия Д., потолкались немножко.

Затем я приехал домой, взял у сожительницы деньги, направился в кафе «Престиж» на такси. В то время как отдыхал, подошла Климова. Я не знал, как ее зовут, какая фамилия. Она сказала, что меня знает, и начала разговор со мной. Я ответил, что ее не знаю, продолжил отдыхать.

Во время танцев заказывал пиво, познакомились с ребятами — ребята угостили коньяком и водкой. Вышел из кафе, стояли такси. Когда шел к такси, меня девушка та, Климова, догнала и попросила, чтобы я ее подвез. Мол, нам по пути. Сказал, что буду ночевать у матери на квартире, а вас подвезу до дома, где вы живете. Как потом оказалось, мы отправились за пивом на заправку, на какую — не помню. Уже из материалов уголовного дела узнал, где мы были. На заправке купили пива, поехали на мою квартиру на Лынькова, там снова распивали.

Утром я начал собираться на работу и обнаружил, что нет ключей. Начал спрашивать у девушек, они надо мной смеялись, прикалывались и хохотали. Я ударил Крюшкину один раз ладонью по губе — чтобы она прекратила смех. Одна из девушек сказала, что выбросила ключи в окно. Пошел на улицу, как выходил из квартиры — смутно помню, как спускался по лестнице, как забрал ключи. Вернулся в квартиру — вижу, Климова лазит по шуфлядке в трюмо в коридоре. Крюшкина была на кухне. Климова закричала: «Он опять пришел». Они убежали и спрятались в ванной.

Я пытался открыть двери, хотел их выгнать... После, когда выдернул дверь, ворвался в ванную, одна из девушек на меня напала и пыталась наносить удары. Что у меня было в руках, я не помню. Когда я утром проснулся в часов 11, в ванной было два трупа... После чего я забрал пакет с грязной одеждой — оказалось, одежда девушек и вещи — и пошел на улицу в магазин, по ходу выкинул вещи в мусорный бак.

После чего встретил знакомого одного, пошел с ним в магазин купил пива, выпил пива со мной он, посидели.

Позвонил на работу узнать, дают деньги или нет, сказал, что меня не будет. Мои деньги забрал Владимир К. Поехал на работу в 16:00, забрал деньги. Сказал Вове, что попал, до делов. Вместе поехали назад, в магазине «Евроопт» я купил полиэтиленовые пакеты для мусора, пиво, сигареты и пошел в сторону дома, ждал, когда придут сотрудники милиции... После чего меня задержали, я был доставлен в РУВД.

— Сказка, прямо сказка, — вздыхают родственники.

Прокурор начала задавать уточняющие вопросы. Александр говорит, что 70% случившегося не помнит.

— Климова на меня напала с чем-то, я отобрал это и начал наносить удары, потом в материалах уголовного дела почитал, что это был нож. Мне показалось, что было семь ударов, потом в деле почитал, что 77, — говорит Александр.

Он утверждает, что Крюшкина со словам «да я сейчас тебя завалю» тоже напала на него.

— У вас два человека с телесными повреждениями, почему вы не приняли мер по оказанию помощи? — задает вопрос Ольга Иванова.

— Не могу сказать.

— После того, как вы проснулись, что вы сделали?

— Убрал в ванной, в коридорчике. Там были брызги крови, халат матери, полотенце. Увидел, что девушки обнаженные.

— А до этого вы не видели? Кто их раздел?

— Я раздел, а как это было, я не помню.

— Кто их туда положил?

— Получается, я.

— В квартире никого не было?

— Нет.

— Сколько вы выпили? — перехватил инициативу прокурора судья.

— Выпил двухлитровую бутылку пива «Хмельнов светлое» в начале шестого вечера 19 июля. Потом с Андреем, соседом, две бутылки пива по 1,5 литра. Платил за пиво я.

— А что за знакомого вы встретили, вы что, не помните? Вы же показывали, что к сожительнице домой поехали?

— Я очнулся у Марины П. (сожительницы – ред.) дома, взял деньги, 20 и 50 рублей, всего 70, и хотел отдохнуть. Поехал в «Престиж».

— Сколько выпили в «Престиже»?

— Две бутылки пива «Златы базант», ну еще и граммов 70 водки и рюмку коньяка, — говорит он. — Когда я приехал, у меня был пакет.

— Кто к вам подошел в «Престиже», с кем вы там познакомились?

— Климова ко мне подошла сама. Была ли она трезвая или выпившая — сказать не могу.

— Как к вам подошла вторая девушка?

— Вторая девушка подошла к такси, когда мы отъезжали уже. Там я был с 22:00 до закрытия. Я уже почти садился в машину и собирался ехать. Тут две девушки подошли и сказали: ты же с Доманского, мол, подвези нас.

— А в чем причина, что они вас выбрали, они могли кого-то другого выбрать? Или вам понравились и вы с ними хотели время провести?

— Нет.

— Чья инициатива была купить пива, ваша или девчат?

— Не помню.

Александр говорит, что увидел, как они заезжали на заправку, уже на видеозаписях во время следствия. Потом они приехали домой в квартиру на пятом этаже.

— А чего вы домой с собой пригласили?

— Я вышел из такси, они: «А такси?» Говорю: «Сами заплатите за такси, а я приехал». Они вышли и пошли за мной.

— Когда вы их пригласили?

— Когда шли они уже по лестнице.

— Зачем вы пригласили их? Может, хотели с ними вступить в половую связь?

— Незачем они мне были. Я их с собой не брал — ни домой, никуда, они сами навязались.

— Вы могли не пустить?

— Мог. И в машину мог не взять, и квартиру закрыть.

Судья отмечает, что у Александра было 2,2 промилле алкоголя в крови.

— Это ведь средняя степень опьянения, — говорит судья. — А вы говорите, что ничего не помните.

— Сейчас такое пиво, что наутро как с бодуна, — ответил Александр.

— У вас не сложилось впечатление, что потерпевшие хотели вас усыпить? — говорит судья.

— Я слышал такие разговоры, но не думаю. У меня осталось рублей 40, я помню, что взял 20 рублей на холодильнике и пошел в магазин.

— Вы говорите, что семь ударов нанесли, а кто остальные 70 нанес? Вы были точно втроем с девчатами, никого больше в квартире не было?

— Нет, я не видел четвертого.

— Первой пошла на вас Климова. Вы говорите, не помните, что у вас в руках было, потом прочитали, что молоток. Как он у вас в руках оказался?

— Выхватил у нее из рук.

— Климова не смогла вам нанести удары молотком?

— Нет.

— Она что-нибудь вам говорила в этот момент?

— Нет, ничего не говорила, не помню...

— Вот, Осипович, вопрос, ну отняли вы молоток у нее — и все, дали пощечину, вытолкали ее из квартиры. Почему вы этого не сделали?

— Я и себе это объяснить не могу, почему так произошло.

— Вот представьте, руку пустую поднимите и опустите и сделайте 77 взмахов...

— Я уже пробовал...

Тут Осипович начинает вспоминать. Говорит, что наносил удары по голове, Климова закрывала рукой лицо и голову, ничего не говорила и не просилась. Говорит, что понимал: наносит удары по голове.

— Фотографии в деле вы видели? Все лицо, вся голова в ранах...

— Я видел.

— Нанося удары в область головы, вы понимали, что могли убить Климову?

— Если сильно бить, то можно убить, да.

Выясняется, что, пока Александр бил Олесю Климову, Кристина Крюшкина убежала на кухню.

— Как-то проскочила мимо меня.

— В показаниях вы говорите, что вы оборонялись от девчат. По вашим показаниям, Крюшкина шла с кухни с ножом, что она говорила?

— Она говорила: «Я тебя, ****, завалю!»

По словам Александра, нож и молоток — все были его. Крюшкина не успела нанести удар, он обхватил ее руку, заломал, выдернул нож и задернул девушку в ванную.

— Она привставала, я нанес удар — он пришелся в шею, около уха, — говорит Александр. — Нанес один удар.

— Но у нее же не один удар, обнаружено 16 ударов, не менее двух ударов ножом в шею и в голову. Осипович, что вы на это скажете?

— Не знаю, не могу сказать. Не помню, как наносил удары.

Климова, по его словам, сидела под раковиной. Крюшкина упала на нее. Осипович говорит, что Климова не шевелилась, но плохо помнит происходящее.

— Что вы в этот момент почувствовали и поняли?

— Ничего не почувствовал и ничего не понял...

— Скажите, чего вам в жизни не хватало?

— Мозгов.

— Так красть нужно? Зачем молодому человеку красть, это в деревнях работы нет?

— Женщина есть, сожительница, мать квартиру оставила, чего не жить, скажите, Осипович?

Он молчит.

В школе Осипович учился на тройки, даже по физкультуре были тройки: прыгать не хотел.

— Травмы головы у вас в детстве были?

— Сознание терял. В детстве один раз. Терял сознание, ударился затылком о пол.

— Вы себя психически нормальным считаете?

— Да.

Судья спрашивает про родственников, и выясняется, что его отец сорвался с крыши. Также выяснилось, что у Александра есть сестра (1987 года рождения) и что он увлекался боксом и карате.

— Так вот непонятно ваше поведение. Вы видите два трупа. Вы пошли спать или что-то помыли, прибрали?

— Я не помню, как я уснул.

— Как вы могли лечь спать, понимая, что в ванной у вас — два трупа? Эксперты это состояние объясняют?

— Устал, видать, — говорит мама погибшей.

— Когда утром проснулся, увидел два трупа в ванной и сразу подумал повеситься.

— Почему не сделали?

— Не нашел веревку.

— Так а там не на чем вешаться. Понимаете, мы хотим вас понять. Может, совесть хотела сработать, испуг, страх... И что дальше?

— Нашел в шкафу одежду, оделся и пошел в магазин...

— Вы проснулись — был кто-то в квартире?

— Нет. Дверь закрыта была, но не на ключ.

— Половые акты с мертвыми не совершали?

— Нет.

— Ну, и такое есть. С какой целью сняли одежду с погибших?

— Наверное, чтобы кровь не стекала на пол.

— Какие взаимоотношения с вашей матерью? Бывает, враждуют люди или ссорятся.

— Мы не враждуем и не ссоримся.

— С сестрой у вас какие отношения?

— Хорошие.

Есть ли у потерпевших вопросы? Мама погибшей Нина Климова начала задавать вопросы Осиповичу.

— Олеся лежала лицом вниз, а ее положили, как стульчик, сверху, она сидя окоченела, пока он спал. Какие вопросы можно Чикатило этому задавать? Чего ж ты не покончил с собой, так ты ж даже в милицию не позвонил? Пакеты мусорные купил зачем?

— Если бы я хотел их расчленить, я бы их расчленил. Ничего я с вашими девочками не собирался делать.

— Куда ты дел ключи, сумку Олесину?

— Все у нее.

— Не было у него сообщника? Да не может такого быть.

— Не было.

— И еще хотела спросить. Я разговаривала со следователем, он говорил сначала, что 140 ударов нанес. Мы же гроб с Олесей вообще открыть не могли, она же вся была синяя, у нее трещина на руке. Почему у него не было телесных повреждений? Они же такие монстры, а ты такой хороший...

— Не могу ответить.

— Когда они уходили из «Престижа», он к ним сам подошел. Потому что девочки собирались к нам, Олеся везла...

— Таксист, которого допрашивали, все вам скажет.

— Куда ты дел зарплату Крюшкиной, которую она получила?

— Не помню. У нее спросите.

— У кого спросить?! Ее нет!

В суде был объявлен перерыв до 14.00.

Продолжение репортажа читайте ЗДЕСЬ.