Бобруйчанин из Израиля: «Уровень жизни здесь и в Беларуси почти одинаков»

15979
Ирина РЯБОВА. Фото автора и героя материала.
Ефим Поляк уехал из Бобруйска 25 лет назад. Почти ежегодно он приезжает в местный санаторий. Мужчина рассказал нашему корреспонденту, почему в свое время уехал в Израиль, как ему там живется и почему его так тянет на родину.

Ефим Григорьевич Поляк признается, что приезжает сюда каждый год в сентябре, чтобы пособирать грибов в лесу: говорит, в Израиле их нет. А еще чтобы подышать свежим воздухом, ведь там круглый год жара.

«Уехал в Израиль вслед за сыном»

Ефиму Поляку сейчас 70 лет. Он родился и вырос в Бобруйске. Учился в школе №4. Семья его жила на улице Карла Маркса. Мать была домохозяйкой, отец работал столяром на заводе тракторных деталей и агрегатов. Брат Ефима Григорьевича, Борис Поляк, много лет работал на том же заводе главным технологом. После девяти классов Ефим уехал учиться в Петрозаводский автодорожный техникум. Служил в городе Кандалакша на севере, работал в Мурманске и Ленинграде. В 1971-м, когда ему было 24 года, вернулся в Бобруйск. Играл на трубе в составе оркестра на танцах в парке. Закончил Могилевский машиностроительный институт, работал начальником инструментального цеха на опытно-механическом заводе, заведующим мастерскими в школе №28.

Сын Ефима Григорьевича, Семен, с детства был хорошим шашистом, в 11 лет получил звание кандидата в мастера спорта, участвовал в соревнованиях разного уровня.

– Лет в 15 сын победил во Всесоюзном турнире в Харькове и по регламенту должен был ехать на Чемпионат мира среди кадетов, – рассказывает Ефим Григорьевич. – Но ему отказались оплатить поездку. Сын очень готовился к этому мероприятию, потому сильно огорчился, плакал и говорил: «Папа, если мои мозги здесь не нужны, давай я поеду в Израиль». Как раз тогда набирали детей на учебу в израильской школе. Я решил: пусть годик поучится, успокоится и вернется. Но он приехал домой лишь на каникулы и снова вернулся в Израиль. А потом решил остаться там навсегда. Я не мог оставить сына одного. И в августе 1993-го мы с дочерью отправились к нему. Дочь тогда училась на 4 курсе мединститута – ей пришлось его оставить.

Когда семья приехала в израильский город Реховот, им дали возможность полгода учить язык. На этот период выделили материальную помощь для аренды квартиры, покупку необходимых электротоваров и пропитание.

Сейчас сын Ефима Григорьевича живет в Тель-Авиве, является совладельцем компании в области программирования, специалист в области компьютерного зрения. Дочь в прошлом году закончила университет и работает в больнице. У нее своя семья, двое детей. Она и отец живут в городе Явне, недалеко от Тель-Авива.

Мужчина говорит, что жизнь в Беларуси и Израиле очень сильно отличается. Ко многим вещам на новой родине он смог приспособиться, что-то удивляет до сих пор.

«Там нет такого понятия престижности работы, как у нас»

На первых порах в Израиле Ефим Григорьевич работал столяром в мастерской по изготовлению мебели. Затем механиком по ремонту оборудования на заводе по производству холодильников, но завод закрыли. После этого устроился на завод «Новамиль» механиком и работает там до сих пор, хотя уже на пенсии.

Ефим Григорьевич говорит, что в Израиле отношение к работе совсем другое. Во-первых, нет такого понятия престижности работы, как у нас. Люди, несмотря на любые заслуги, звания и регалии работают кем угодно, только бы заработать

– Там не принято одолжать деньги, даже у близких и друзей. Нужно надеяться на себя, – говорит мужчина. – И все стоит очень дорого. Потому никто не будет сидеть без работы только потому, что трудиться где-то унизительно. Например, со мной на заводе холодильников работал парень. Он был следователем, а у нас параллельно подрабатывал уборщиком, и к этому все относились нормально. Почти все там работают по 12 часов в сутки, и это официально. Если не брать в расчет государственные предприятия, которых там очень мало.

Ефим Григорьевич считает, что в нашей стране люди в чем-то имеют больше социальных гарантий. К примеру, в Израиле женщине дается всего 12 недель декретного отпуска – до или после родов. Если она не выходит в срок на работу, место за ней не сохраняется. Потому там все нанимают няню и идут работать.


«В Израиле религия определяет уклад жизни людей»

По словам мужчины, Израиль – своеобразное государство, в котором большую роль играет религия, и она полностью определяет уклад жизни людей, что постороннему человеку может показаться странным.

– Например, в выходные дни – в пятницу после обеда и субботу – там работать нельзя. Потому магазины, рестораны закрыты. Открыты лишь отдельные рестораны – русские, некошерные. То есть там пища, которую религиозный человек есть не будет: она по-другому убита, или по-другому приготовлена, или ее приготовил некошерный человек. В эти дни даже транспорт не ходит. Как-то государство строило электростанцию, и нужно было перевезти к ней турбину. Она большая, занимает две полосы движения. Предложили сделать это в субботу, потому что машин нет на дороге. Но религиозные люди сказали: «Нет, это предприятие государственное, а в государстве работать в субботу запрещено. Мы пользуемся этой электроэнергией, и она будет уже не кошерная». Пришлось перекрывать улицу в другой день. Сейчас многие люди борятся за то, чтобы в субботу разрешили работать магазинам, проводить мероприятия.  

Стена Плача.Стена Плача.

К слову, почти все праздники в Израиле также связаны с религией. По словам мужчины, есть в там религиозные люди, которые отказываются работать, считая своим основным предназначением молитву. Они считают, что это труд для процветания государства.

«Уровень жизни здесь и там практически одинаков»

Ефим Григорьевич говорит, что сравнивать зарплату в Беларуси и Израиле совсем неправильно.

В кафе Элвиса Пресли.В кафе Элвиса Пресли.

– Я зарабатываю там примерно 2 тысячи долларов, здесь многие зарабатывают 200 долларов. При этом уровень жизни у нас примерно одинаков. Во-первых, коммунальные услуги здесь в 4-5 раз дешевле. В Израиле все платят налог на землю, независимо от того, живут в своем доме или квартире. У меня это выходит 600 шекелей (примерно 170 долларов), дочь моя платит 1000 шекелей (около 280 долларов). Размер налога зависит от района проживания. Вода мне обходится в среднем 200 шекелей в месяц (почти 56 долларов), электроэнергия – 250 шекелей (около 70 долларов). Суммарно я отдаю за коммунальные в месяц больше 1000 шекелей (почти 300 долларов). Еще долларов 400 каждый месяц уходит на машину: бензин, ремонт, налоги, обслуживание.

Мужчина говорит, что и продукты в Израиле стоят значительно дороже, чем у нас. К примеру, килограмм колбасы, которая здесь стоит 12 рублей (6 долларов), там обходится где-то в 120 шекелей – примерно 33 доллара, то есть в 5 раз дороже. Килограмм свинины у нас стоит 10 рублей (5 долларов), там – 18. Хлеб черный здесь обходится в 90 копеек (45 центов), в Израиле – 4,5 доллара, что в 10 раз дороже. К слову, черный хлеб в Израиле не делают, потому что там не растет рожь. Туда его привозят в виде замороженного теста и выпекают. Овощи и фрукты там тоже недешевые. К примеру, килограмм арбуза стоит 2,5 доллара, помидоров – 2 доллара.

«Наших соотечественников сразу можно заметить»

По мнению Ефима Григорьевича, люди в Израиле необщительные, все живут в своем мире, в своей семье.

– Наверно, это связано с тем, что там много работают, нет времени общаться и ходить в гости. 

По словам Ефима Григорьевича, наших соотечественников там можно заметить сразу по одежде.

– Наши больше следят за собой, одеваются более культурно. У жителей Израиля нет культа одежды. Одевают что поудобнее и в чем не жарко. На свадьбу или работу могут прийти в сандалиях. Делового стиля придерживаются только в некоторых местах, например в банках. 

По наблюдениям Ефима Григорьевича, в Израиле на улице не встретишь пьяных людей.

– Наверно, это опять же связано с жарой. При такой температуре невозможно выпить, а потом работать и даже ходить по улице. А еще все развлекательные мероприятия, учреждения находятся на окраинах города, туда добираются на автомобиле, так что не выпьешь. А наказание за вождение авто в нетрезвом состоянии очень строгое.

«В лесу там собирать нечего»

Бахайские сады.Бахайские сады.

– В Израиле нет такого понятия, как дача. Есть частные виллы с участков, но на них никто ничего не посадит, даже наши соотечественники, уехавшие в Израиль. Во-первых, там круглый год можно купить свежие овощи и фрукты. Во-вторых, очень жарко, земля сухая и ее нужно постоянно поливать, чтобы что-то вырастить. А вода там очень дорогая. По этим же причинам жители Израиля не делают никаких консерваций. Хотя, скажу честно, вкусовые качества овощей и фруктов там не очень, потому что везде используется искусственное выращивание. В Беларуси тоже все к этому идет, но пока еще много частных подворий, дач, с которых люди продают натуральные картошку, помидоры. А это совсем другой вкус. Еще в Израиле не растут ягоды. Есть маленькие хозяйства, которые занимаются их выращиванием – туда люди ходят на экскурсии и за деньги могут что-то попробовать. В лесу собирать нечего. Одни мои знакомые нашли в лесу что-то похожее на наши грибы и с отравлением попали в больницу.

«Так и не привык к климату»

Ефим Григорьевич говорит, что за 25 лет жизни в Израиле он так и не привык к тамошнему жаркому климату.

– Даже зимой днем плюс 20, ночью – как минимум плюс 13. При этом влажность доходит до 90%, такое ощущение, что ты в парилке. В домах нет отопления, и ночью бывает холодно. У всех есть кондиционеры, которые регулируют температуру. 50 дней в году там дует хамсин – сухой, изнуряюще жаркий ветер с песком. Приходится плотно закрывать окна, потому что вся эта пыль оседает на мебели.

«На улицах Израиля полно маленьких магазинчиков, закусочных»

Ефим Григорьевич говорит, что в Израиле очень развит мелкий бизнес. Он считает, что в нашем государстве отношение к нему другое.

– Там на улицах полно маленьких закусочных, магазинчиков, лавочек ремесленников. Кто-то в маленькой будочке торгует, кто-то с тележкой ходит. И всем хватает места и работы. А еще конкуренция способствует культуре обслуживания, качеству продукции, и экономика работает. В Беларуси же, на мой взгляд, мелкий бизнес «давят» налогами, он не успеет развиться и уже закрывается. Разумнее было бы дать ему развиться, а потом взять с него больше.

«Здесь уже все "обрублено"»

Ефим Григорьевич считает, что Бобруйск меняется к лучшему с каждым годом: дороги, фасады домов, много новых магазинов.

– Тот же санаторий отремонтировали. Процедуры здесь замечательные. В Израиле нет понятия «санаторий» в том смысле, что здесь, это скорее похоже на гостиницу, где можно отдохнуть. Физиотерапия там неразвита совсем. Кухня здесь, может, не на том уровне, на котором хотелось бы многим приезжим. Но надо понимать, что в санатории питание диетическое. И цена за путевку соответствующая. Если заложить в нее стоимость хорошего питания, то она обойдется гораздо дороже. За те деньги, что я отдохнул бы в Израиле три дня, здесь я отдыхаю месяц.

Ефим Григорьевич приезжает сюда каждый год именно в сентябре, чтобы пособирать грибы и подышать свежим воздухом. Он признается, что периодически его посещают мысли вернуться сюда насовсем. Но это не так просто.

– Мне 70 лет. У меня в Израиле дети, внуки, которые уже прижились там. А здесь кому я нужен? У меня здесь уже все «обрублено». Дружеские отношения теплы, когда они постоянно поддерживаются, да и многих моих друзей уже нет. С возрастом понимаешь, что никому, кроме близких, ты не нужен, по крайней мере когда тебе плохо.