2.1226
2.4814
3.1356

Нац. банк РБ

ясно
17.97° C
Когда стоит вызывать «скорую» ребенку, не мешкая? Как быстро помочь малышу, если он отравился или подавился? Об этом и не только мы беседуем с заведующим отделением анестезиологии и реанимации Бобруйской городской детской больницы, детским врачом-реаниматологом Алексеем Батыровым.

Алексей Батыров, заведующий отделением анестезиологии и реанимации Бобруйской городской детской больницы, детский врач-реаниматолог. Алексей Батыров, заведующий отделением анестезиологии и реанимации Бобруйской городской детской больницы, детский врач-реаниматолог.

«Родители должны знать, как выглядит здоровый ребенок»

Минимальными навыками реанимации должен владеть каждый родитель, считает доктор Батыров. А именно – уметь делать непрямой массаж сердца и искусственное дыхание. 

– В некоторых странах в общественных местах находятся дефибрилляторы, которыми может воспользоваться любой обученный человек, регулярно проводятся занятия по неотложной помощи. У нас родители могут обратиться к медицинскому работнику и попросить показать, как это делается, – советует доктор. – Кроме этого, в медучреждениях имеются информационные стенды на эту тематику.

Также важно знать, как выглядит здоровый ребенок, особенно новорожденный. Как правило, будущих мам этому учат в «Школе молодых матерей».

– Но в любом случае, если вы видите, что ребенок перестал дышать (у новорожденных это можно понять по отсутствию движения грудной клетки, развернув пеленки) или находится без сознания (не реагирует на прикосновения, голос), если у него изменился цвет кожи или что-то смущает в его поведении – звоните в «скорую», а затем оказывайте неотложную помощь – советует Алексей Батыров. – Многие проблемы можно решить и по телефону.

Здорового же ребенка определить, по мнению доктора, нетрудно:

– У него розовая теплая кожа, бесшумное дыхание, активная реакция на осмотр.

 «Отравлений много: пациент пробует жизнь на вкус»

– Опасны в детском возрасте два периода, – говорит Алексей Алиевич. – Первый – от двух до пяти лет, когда ребенок начинает ходить, второй – от двенадцати до пятнадцати лет, когда подростки преднамеренно употребляют какие-либо вещества.

– Отравлений особенно много у маленьких, в этом возрасте пациент пробует жизнь на вкус, – шутит детский реаниматолог.

Пробуют, к слову, все, что попадется: чистящие, моющие средства, бабушкины лекарства, препараты для борьбы с грызунами и насекомыми…

– Избежать этого достаточно просто: важно понимать, чем ребенок может отравиться, и держать это вне зоны доступа, – дает совет доктор. 

По словам Алексея Батырова, при отравлении, в первую очередь, надо позвонить на 103 и сообщить, чем ребенок отравился. Врач поясняет: при одних отравлениях рвоту надо вызывать, а при других – не надо, но родители не всегда это знают.
– К примеру, при отравлении бензином, мать интуитивно вызовет рвоту у ребенка, а этого делать нельзя, – говорит он.  

Детский реаниматолог заостряет внимание, что наибольшую опасность представляют острые или химически активные предметы, например, батарейки:

– Если предмет круглый, то он пройдет через кишечник и выйдет. Проблема возникнет только, если он попадет в дыхательные пути. А вот плоские батарейки могут надолго задержаться в кишечнике и вызвать химический ожог.

Ежегодно врачам приходится спасать около 20 маленьких пациентов, которые попадают к ним после заглатывания инородного предмета.

К счастью, начиная с 12 лет, бытовые отравления уходят на второй план, зато появляются новые – например, психотропами и алкоголем, и, как оказалось, в таких случаях девочки не уступают мальчикам.  

– Радует, что уже давно к нам не поступали дети с наркотическими отравлениями, – добавляет Алексей Батыров и приводит статистику: если раньше в больницу ежегодно поступало по 100-150 таких пациентов, из них около 80 случаев приходилось на бытовые отравления, то теперь – около 60-70 человек.

 «В основном, подростки раскаиваются в своем поступке»

Сталкиваются реаниматологи и с проблемой детских суицидов. В реанимацию по этой причине чаще попадают девочки 14-15 лет. По мнению Алексея Батырова, это связано с нестабильным эмоциональным стоянием подростка в сложный для него период жизни.

– Ребенок в основном выбирает парасуицид (несмертельное умышленное самоповреждениеприм. ред.), пытаясь таким способом решить какие-то проблемы, – говорит Алексей Алиевич. – После того, как пациента спасут, мы стараемся не задавать ему лишних вопросов, а приободрить, успокоить и рассказать о последствиях. В основном, все подростки раскаиваются в своем поступке.

Врачи разговаривают не только с детьми, но и с их родителями. Часто выясняется, что в семье серьезные проблемы.

Ежегодно врачи детской больницы сталкиваются с 10-15 такими случаями.

Алексей Батыров, заведующий отделением анестезиологии и реанимации Бобруйской городской детской больницы, детский врач-реаниматолог. Алексей Батыров, заведующий отделением анестезиологии и реанимации Бобруйской городской детской больницы, детский врач-реаниматолог.

«Смерть бывает управляемой и неуправляемой»

Сегодняшняя тенденция такова: количество больных детей не увеличивается, но растет количество тех, кто выживает с диагнозами, с которыми раньше не жили.

– Медицина ведь на месте не стоит. И бывает, что, вроде бы обреченный, пациент поправляется и живет полноценной жизнью, – говорит детский реаниматолог.

И все же:

– Смерть пациента бывает управляемой и неуправляемой, – говорит Алексей Батыров. Например, есть дети с инвалидностью, которые неминуемо погибнут даже при наличии всей имеющейся помощи. И доктор, и родители должны быть морально готовы к такому исходу.

Во всех остальных случаях главная задача реаниматолога – спасти жизнь.

– Сейчас я разговариваю с вами и знаю, что критических пациентов в отделении нет, но в любой момент может приехать «скорая» и кого-то привезти, – добавляет Алексей Алиевич. – Не имеет значения, когда это произойдет, персонал знает, что делать – мобилизоваться и работать. 

Здоровье | 13.09.2018 - 13:18
Поделиться

Комментарии