Бобруйчанин до 44 лет ни разу не был на улице: «Сначала даже не мог дорогу перейти»

5728
Ирина СЕВЕРНАЯ. Фото Александра ЧУГУЕВА.
Житель поселка Туголица, что под Бобруйском, Андрей Ильиничев впервые вышел на улицу в 44 года. Сейчас ему 47. Несмотря на инвалидность, продолжительное «заточение» и особенности в развитии, мужчина быстро адаптируется в обществе и с жадностью хватает от жизни все, чем раньше был обделен.

Из центра Бобруйска до Туголицы на автобусе полчаса езды.Из центра Бобруйска до Туголицы на автобусе полчаса езды.

Мы собираемся ехать к Андрею Ильиничеву в Туголицу. Звоним, чтобы еще раз предупредить. Оказывается, он уже выехал в Бобруйск сам, встретит нас и сопроводит в поселок. «Все равно мне нужно в город, я каждый день езжу. У меня там дела».

Пока ждали автобус на остановке, Андрей поет песню под портативную колонку. Как узнаем потом, он очень любит петь и выступает при любой возможности.

«Помню, что перемещался ползком»

Андрей Ильиничев – инвалид 1-й группы с рождения. Врачи сразу сказали его матери, что у ребенка дефекты: горбик на спине, ноги разной длины. В младенчестве начались приступы эпилепсии, ребенок плохо развивался психически и физически.

– Врачи предлагали мне отдать сына в спецучреждение, но я ответила: «Это мое горе, мое дитя, я сама буду его растить», – говорит Ирина Григорьевна, мама Андрея.

У подъезда в Туголице.У подъезда в Туголице.

Андрей Ильиничев и его мама, Ирина Григорьевна.Андрей Ильиничев и его мама, Ирина Григорьевна.


До 19 лет мальчик не ходил, только ползал по квартире. Школу не посещал, на дом учителя не приходили, потому что специалисты вынесли вердикт: «необучаем». Разумеется, воспоминания мужчины о детстве не изобилуют яркими впечатлениями:

– Помню, что перемещался ползком. Были у меня солдатики, машинки. Я расставлял их на полу, выбирал командира и играл в войну. Иногда приходили соседские дети, играли вместе. Сейчас захожу в магазин, где продают детские игрушки, и вспоминаю свое детство, – с некоторой болью в голосе говорит мужчина.  

В этих стенах Андрей провел 44 года.В этих стенах Андрей провел 44 года.


В 25 лет Андрей впервые поднялся на ноги и при помощи стула начал передвигаться по квартире. Со временем получилось ходить без поддержки, но еще долгие годы на улицу он не выходил – лишь гулял по балкону. Ирина Григорьевна объясняет это тем, что спускать взрослого сына с 3-го этажа на улицу без лифта не было возможности. А еще она боялась:

– Знаете, какие в деревне люди. Инвалид выйдет, с него будут смеяться. Это же не за границей, где отношение к таким людям совсем другое. Боялась, что обидят его.

В 40 лет Андрей даже занялся небольшим бизнесом: жарил семечки и продавал их местным жителям. Сам изобрел нехитрое устройство: к ящику привязал веревки, по которым с третьего этажа спускал стакан с семечками покупателям, а те клали в коробку деньги. Андрей сам научился их считать. Но с этим бизнесом пришлось «завязать»: многим соседям не нравился шум под окнами и шелуха от семечек во дворе. Андрея пугали милицией и налоговой.

«Постоял, посмотрел и понял, что на красный свет нельзя идти, а на зеленый можно»

Андрей впервые оказался на улице, когда ему было 44. По его словам, поругались с мамой, а ему нужно было в больницу на операцию. Он сам вызвал «скорую», тихонько спустился, держась за перила, и поехал в Бобруйскую центральную больницу.

Из-за этой лестницы Андрей долгие годы не бывал на улице.Из-за этой лестницы Андрей долгие годы не бывал на улице.

Андрей никогда не забудет свои первые ощущения, которые испытал тогда:

– Как будто заново родился! Посмотрел на небо, и такой восторг был, словами не передать. Сразу после операции решил покреститься в храме около больницы. Ждал свою крестную маму, но она задержалась, и я решил идти сам. Сначала было страшно, не мог дорогу перейти. Я никогда не видел светофора. Машины летят как угорелые. Постоял, посмотрел и понял, что на красный свет нельзя идти, а на зеленый можно.

С тех пор мужчина активно осваивает окружающий мир. Вот уже три года он регулярно выезжает в Бобруйск. Здесь он зарабатывает деньги: собирает макулатуру в магазинах, на рынке и сдает ее в пункты приема. Говорит, за мешок макулатуры дают рубль. В день выходит от одного до трех рублей. За них мужчина покупает что-нибудь вкусненькое – конфеты (его любимые – леденцы), вафли, лимонад. Обязательно везет угощение маме. Андрей не понимает своих «коллег», сдающих макулатуру, которые за вырученные деньги покупают спиртное.

Не понимает и здоровых попрошаек, которые постоянно «промышляют» в центре города вместо того, чтобы работать. Во время нашего разговора с мужчиной на площади Победы к нам подошла женщина 55-60 лет со словами: «Подайте беженке с Украины». Андрей был возмущен и не сдержал эмоций:

– Посмотрите на меня, это вы мне должны подавать, а не я вам!

Почти каждый день мужчина посещает отделение дневного пребывания инвалидов и граждан пожилого возраста в Бобруйском районном центре соцобслуживания населения, где его учат писать, читать, петь, танцевать и делать поделки из разных материалов.

Андрей показывает свои дипломы.Андрей показывает свои дипломы.

Андрей активно участвует в различных концертах, в ежегодном фестивале «Капельки добра в море здоровья» для людей с инвалидностью. У мужчины целая папка грамот и благодарностей, которыми он очень гордится. Ведь для него эти достижения – все равно что для здорового человека с хорошим воспитанием и образованием присвоение звания народного артиста.

Работники центра соцобслуживания: «Мы плакали, когда к нам пришел 44-летний мужчина с портфелем и букварем»

– Андрей сам пришел к нам, когда ему было 44 года, – рассказывает заведующая отделением дневного пребывания инвалидов и граждан пожилого возраста Ирина Тарабуева. – В руках у него был портфель с тетрадками и букварем, как у первоклашки. Он попросил научить его читать и писать. Мы плакали, когда это увидели.

По словам Ирины Ивановны, в свои 47 лет Андрей во многом развит как ребенок. Но он так быстро осваивает социум, что за три года изучил столько, сколько другие постигают за десятилетия. Он очень коммуникабельный, веселый, нашел друзей среди посетителей центра. Очень любит выступать на сцене. Пунктуальный, никогда не опаздывает ни на минутку. В городе найдет все, что ему нужно.

Хотя с обучаемостью у Андрея проблемы. Сложить слоги в слова у мужчины не получается, написать может только свое имя. С математикой тоже проблемы. И что интересно: решить пример 2+2 он не может. Зато если сказать: «сколько будет 2 рубля и 2 рубля?», он тут же ответит: 4 рубля.

Однажды, когда Андрей на остановке транспорта долго не мог разобраться с расписанием, к нему подошла женщина и предложила свои услуги в обучении. По образованию она педагог, живет в Туголице. Вот уже несколько месяцев Анжелика Павловна приходит к Андрею домой по понедельникам и занимается с ним бесплатно. Мужчине занятия очень нравятся. И он огорчен, что с началом учебного года его учитель не сможет давать ему уроки.

Главная мечта в жизни мужчины – научиться читать, писать и пользоваться компьютером. «Освоил профессию продавца, освою и компьютер», – смеется мужчина. А еще он мечтает когда-нибудь создать свою семью. Любимая женщина у Андрея есть, она также посещает центр соцоблуживания. Андрей восхищается тем, как она поет. Говорит, что он любит ее по-настоящему, а она относится к нему как к другу. 

«Как это – столько лет человека не выпускали на улицу?»

Всего в семье у Ильиничевых было шестеро детей: пять сыновей и дочь. Родились все они здоровыми, кроме Андрея. Одного из сыновей убили несколько лет назад. Еще один тяжело болеет и сейчас живет с матерью. Четвертый – в Жлобине, у него также проблемы со здоровьем. Еще один сын живет в соседней деревне, дочь – в Санкт-Петербурге, у них все благополучно. Супруг Ирины Геннадьевны был работящим, не пьющим. Умер 16 лет назад скоропостижно. Самой Ирине Геннадьевне сейчас 80. У нее сахарный диабет и она очень слаба. Матери помогают два сына, живущие с ней. Женщина говорит, что не понимает, за что на ее семью выпало столько несчастий.

У подъезда мы расспросили местных жителей об Андрее и его семье.

Женщины-соседки рассказали нам, что родители Андрея не пили, работали, но «мать странная какая-то».

– Не могу сказать ничего плохого, но детьми мать не всегда занималась. Иногда просто закрывала их дома и уходила.

Молодая женщина, живущая в соседнем доме:

– Мы здесь все в недоумении: как это столько лет человека не выпускали на улицу? Еще когда Андрей был ребенком, мой папа зашел к ним по делам. С удивлением увидел, что в семье есть еще один ребенок-инвалид. О нем никогда никто не говорил и никто его долгие годы не видел.

Мужчина-сосед сказал, что «Андрей молодец, но бывает вредным»:

– К людям цепляется, со всеми поговорить хочет.

Мальчишка лет двенадцати вспомнил случай:

– Когда Андрей впервые сел на качели – столько было радости! Мы, дети, были удивлены: взрослый человек никогда не катался на качелях! Многие мальчишки посмеиваются над ним, дразнят. Но я – никогда.