«Дети должны расти в нормальных условиях. А я подожду…». Как живется ветерану войны из Глусского района

2933
Александр МАЗУРЕНКО. Фото автора.
Когда вся большая семья жителя агрогородка Заволочицы Глусского района Евгения Тимофеевича Шилова собирается вместе, дети, внуки и правнуки любят послушать своего отца, деда и прадедушку о том, что он пережил за большую жизнь. А она вместила многое.

Евгений Тимофеевич Шилов с женой Нилой Поликарповной. Евгений Тимофеевич Шилов с женой Нилой Поликарповной.

И, несмотря на свой возраст – 91 год, ветеран труда и войны помнит все события и людей, может быть, даже лучше, чем современная молодежь о том, что было 5-10 лет назад.

Жизнь в лесу

Когда в родную деревню Заволочицы пришли фашисты, Жене Шилову было 15 лет. Как водится, новая «власть» нашла приспешников, полицаев, и те старались выполнить все указания. Одно из них – отправка в 1942 году в Германию молодежи. Старший брат и сестра Жени должны были туда ехать. Но они не стали дожидаться, когда за ними придут, и ушли в лес. Нашли спасение в лесу и другие односельчане.

Полицай, который пришел за ребятами, не найдя их, сказал Жене:

– Раз нет их, в Германию поедешь ты…

Но мальчишка ответил категорическим отказом. Тогда полицай направил ствол своей винтовки на Женю.

Плакала мать, хваталась за винтовку и пыталась целовать руки извергу, всячески противился сборам Женя. В конце концов, полицай озверел и ударил мальчишку прикладом по лбу. Тот упал, из рассеченной раны на пол полилась кровь. Может быть, это охладило изверга. Он ушел, сказав, что вернется за мальчишкой, и чтобы к тому времени он был собран.

Конечно, Женя не стал ждать развязки и вместе с соседом Иваном Голубом пошел к партизанам. При этом они захватили пистолеты «ТТ», найденные на полях сражений.

Командир партизанского отряда стал хитрить:

– Понимаете, ребятки, – сказал он, – у нас нехватка оружия, без него никого в отряд не принимаем…

– А у нас есть пистолеты, – обрадовались пацаны и выложили свои «ТТ».

– Вот и хорошо, – довольно потирал руки командир, – нам они позарез нужны…

 А дальше сказал, что в отряд их взять не может – малые еще, да и людей у них переизбыток.

– А если не хотите жить в деревне, выкопайте недалеко отсюда… (назвал место) землянку и живите в ней. Когда вы нам понадобитесь, мы вас найдем.

С партизанами у ребят была постоянная связь, не раз они выполняли задания, чаще всего ходили в разведку. В те пару лет, которые они провели в землянке, пришлось пережить немало. Немцы делали облавы, и однажды Женя и Иван, спасаясь от фашистов, вынуждены были уйти в непроходимые болота и затаиться там.

А 27 июля 1944 года наступающие части Красной Армии освободили Глусчину, и ребята, наконец, пришли домой. 

Евгений Тимофеевич Шилов во времена военной молодости. Евгений Тимофеевич Шилов во времена военной молодости.

На фронте

Передышка была недолгой. Через пару дней их призвали на фронт. Бои, длительные переходы с наступающими частями... Почти всю Польшу прошел молодой боец на своих двоих. Жуткие воспоминания о себе оставил концлагерь Майданек и длинные «гурты», это был пепел, то, что осталось от сотен тысяч узников. Пепел фашисты отправляли в Германию в качестве удобрения.

Однажды солдат погнали в наступление. Но расстилавшееся перед ними поле было заминировано. И отступать нельзя.

– Сколько тогда полегло… – вспоминает Евгений Тимофеевич, – все, кто был в первых рядах, погибли.

А в одном из боев он и несколько бойцов прорвались сквозь жуткий пулеметный огонь почти к самой амбразуре дзота и оказались на узкой полосе, куда не доставали пули и где можно было лежать, не опасаясь смерти. Так случилось, что у него одного оказались две гранаты. И тогда командир пулеметного расчета приказал:

– Давай, брось туда свои лимонки.

Евгений бросил. Дзот замолк. Надолго ли? Новый приказ командира:

– Отползи подальше и поливай в амбразуру из пулемета…

Конечно, было опасение, что кто-то из фашистов опередит его, заменит убитых, но повезло. И Евгений стрелял, пока другие обходили дзот с других сторон. В том бою из их роты, а это почти 170 человек, в живых осталось 60-70.

19 апреля 1945 г. в бою под Франкфуртом Евгения ранило в ногу. Тот бой запомнился не только потому, что стал последним в его судьбе. Наступление наших войск шло по узким полоскам суши, все остальное пространство фашисты затопили водой. Кроме пуль, наших бойцов сражали артиллерийские залпы и авиация. Несколько наших  танков были сражены фаустпатронами. После попадания они моментально, как спички, вспыхивали, ни у кого из танкистовне было шанса на спасение…

Начался долгий период лечения: сначала полевой госпиталь, затем в госпитале под Познанью ему сделали операцию на голени, а потом госпиталь под Варшавой. В этот период вышел указ о награждении его орденом Отечественной войны, награда нашла героя позже. Там, в госпитале, Евгений Тимофеевич и встретил День Победы. А дальше тех раненных, кто выздоравливал, отправляли в Японию. Готовился продолжить войну и Евгений. Но вердикт врачей был другим: к боевым действиям не годен. Тем не менее, он служил в армии еще 6 лет и только в 1950 году вернулся в родные Заволочицы. 

Дома

В совхозе он отработал более 35 лет. Ему доверили торговлю и обеспечение людей товарно-материальными ценностями и продуктами питания. Трудился добросовестно, и через 11 лет ему присвоили почетное звание Заслуженного работника торговли Беларуси, награждался и Почетной грамотой Верховного Совета БССР.

Удачно сложилась и семейная жизнь. Вместе с женой Нилой Поликарповной воспитали трех сыновей. Старший Александр живет в Минске, руководит собственной фирмой по ремонту автомобилей. Средний Петр – строитель, работает в российской фирме в Минске. Младший Сергей со своей семьей живет в Заволочицах. Прекрасный механик, был директором совхоза, главным инженером.

У Евгения Тимофеевича 4 внуков и 7 правнуков. Дети не забывают родителей и частенько навещают их.

После выхода на пенсию Евгений Тимофеевич не работал. Облегчало жизнь подсобное хозяйство – куры, свиньи, коровы, кролики… Сейчас из живности у них ничего нет. Ветеран получает, как он считает, неплохую пенсию. Но… Непросто с содержанием дома. Построенный еще его отцом в 1916 году, дом внешне смотрится солидно. Но это на первый взгляд. А на деле… Нижние бревна почти вросли в землю. Дом бы поднять, поставить на новый фундамент, утеплить стены, заменить крышу… Когда ветеран позвал спецов по кровельным работам, те запросили у него 3 тысячи долларов.

– Откуда у меня такие деньги? – говорит Евгений Тимофеевич.

Ветеран обратился к местным властям с просьбой выделить ему квартиру. И ему обещали. Однако нашлась многодетная семья, и ей дали жилье без очереди.

– Я не против, – говорит Евгений Тимофеевич, – дети должны расти в нормальных условиях. А я подожду…

Правда, как мне показалось, эти слова он произнес с горечью. Но все же, я надеюсь, что ветеран дождется квартиры, что будет и на его улице долгожданный праздник. Ведь он его заслужил.