Ровно 80 лет назад бобруйские танкисты отправились в сражавшуюся Испанию

3915
Юрий Иванович ЛОБАЧ, военный пенсионер, г.Минск. Фото из семейного архива автора.
Их помнят Картахена, Вальдеморо и Мадрид.

Памятник 182 воинам-интернационалистам на муниципальном кладбище Фуэнкараль в пригороде испанской столицы.Памятник 182 воинам-интернационалистам на муниципальном кладбище Фуэнкараль в пригороде испанской столицы.

В Беларуси только в Бобруйске на памятнике воинам-интернационалистам есть слово «Испания». Это память о танкистах 4-й отдельной механизированной бригады, дислоцировавшейся в городе в середине 30-х годов прошлого столетия. Бригада была одним из лучших соединений Белорусского военного округа. На вооружении ее состояли танки Т-26, считавшиеся тогда самыми боеспособными в СССР. Танкисты учились преодолевать водные преграды (реку Березину), овраги с крутыми склонами, рвы. Учебные стрельбы проводились на танкодроме в Киселевичах. Командовал бригадой Дмитрий Григорьевич Павлов. Штаб бригады находился на территории Бобруйской крепости. Собрания командного состава проводились в только что построенном гарнизонном Доме Красной Армии, на открытие которого приезжал нарком обороны К.Е. Ворошилов. Многие командиры бригады получили новые квартиры в недавно построенном рядом с водокачкой самом высоком в Бобруйске четырехэтажном доме – Доме коллектива. Квартиру №53 в нем выделили семье командира взвода лейтенанта Ивана Тимофеевича Лобача.

Сборы были недолги…

В начале сентября 1936 года комбрига Павлова срочно вызвали в Москву к начальнику Автобронетанкового управления РККА И.А. Халепскому. Приказ был суперсекретным – сформировать и скрытно отправить в Испанию отряд советских инструкторов – танкистов с 50-ю машинами Т-26 для обучения испанцев. Отъезжающим разрешалось взять с собой только туалетные принадлежности, попрощаться с семьями. Погрузка танкистов проводилась дождливой сентябрьской ночью на станции Березина в вагон, следовавший до Москвы. Там в Автобронетанковом управлении все сдали свои документы, были представлены полковнику Семену Михайловичу Кривошеину, возглавившему эту первую группу советских танкистов в Испании. В столице всех переодели в одинаковую гражданскую одежду. Далее – в том же вагоне, даже с тем же проводником, по маршруту Москва – Феодосия. Эшелон с танками прибыл туда отдельно. Погрузили их на теплоход «Комсомолец» 5 октября, и он взял курс на испанский порт Картахену. Танкисты еще не знали кто вернется в Советский Союз обратно, кто навечно останется в испанской земле, кто из них будет удостоен высших правительственных наград, кто станет Героем Советского Союза. Знали только, что всем им предстоит противостоять фашизму, путчистам Франко, выступившим против республиканского правительства Испании.

Из Картахены переправились в курортный городок Арчену, где скрытно развернули учебный центр для подготовки испанских танкистов. По плану, за месяц надо было подготовить до 100 танкистов из бойцов народной милиции, артиллеристов, шоферов. Новичков в зависимости от будущей специальности разделили на группы, сформировали отдельные роты командиров машин, механиков-водителей, стрелков. Занятия начались 17 октября. Однако, тяжелое положение на фронтах не давало уверенности, что план подготовки удастся осуществить. Уже на седьмой день учебы позвонили из Мадрида: срочно заканчивайте курс обучения, Мадрид в опасности! Следующей ночью более 200 воспитанников отправились на фронт. Танкистами их не успели подготовить, поэтому было приказано из советских инструкторов срочно сформировать подвижную ударную группу из 15 танков Т-26 для участия в боевых действиях. Возглавил ее командир батальона 4-й мехбригады Поль Арман. В состав экипажей вошли 34 советских и 11 испанских танкистов. Командир танка и механик – водитель были русскими, заряжающими поставили испанцев, но на четыре танка и их не хватило. Пришлось брать наших. На рассвете 28 октября танки и автомашины ремонтной базы сосредоточились севернее деревни Вальдеморо (в 22 км от Мадрида). Франкисты рядом, их – 15 тысяч. Ими захвачены города Эсквивиас и Сесенья (35 км от центра Мадрида). Сорвать планы по захвату мятежниками Мадрида можно только контрударом, смяв правый фланг противника, прорвавшись в его тыл, нарушив коммуникации и разбив части, подходившие к фронту.

Отец и мама в 1930-е годы.Отец и мама в 1930-е годы.

Первый бой с фашистами

Операция началась рано утром 29 октября. Это была первая в истории схватка с фашизмом и первыми в нее вступили бобруйские танкисты, все из 4-й отдельной мехбригады. Точных сведений о местонахождении противника не было и Поль Арман решил отправить в разведку три танка. Остальные должны были двинуться спустя 20 минут. Рациями снабжены только машины командиров взводов. Значит, в разведку пойдут танки, с которыми можно поддерживать связь. Арман остановил свой выбор на Иване Лобаче, Александре Соловьеве, Андрее Климове. Услышав через 20 минут сообщение Лобача, что противника нет, Арман подал команду «За мной!». Танки прошли 8 километров – условный рубеж, который благополучно преодолела разведка, и достигли Сесеньи. В минуты короткой остановки получено от Лобача новое донесение со второго условного рубежа о том, что в Сесенье противника нет, но с севера и востока группами движется пехота. Солдаты-республиканцы и солдаты Франко одеты почти одинаково – в комбинезоны серого или цвета хаки без знаков различия. После короткого замешательства поняли, что это неприятельская пехота и последовала команда «Дави!». Оказалось, что 3 танка-разведчика прошли через Сесенью, как и было приказано, по южной окраине, а мятежники вошли с севера. Рельеф местности и здания помешали противникам увидеть друг друга. Танки Армана без выстрелов на полном ходу врезались в колонну автомобилей мятежников. На узкой улочке в считанные минуты раздавлены два эскадрона кавалерии. Жуткая паника, крики, стоны. Гусеницами смяты брошенные орудия. Закрепить успех нужно дождавшись подхода республиканской пехоты.
Танки не уходят из Сесеньи, но схватка уже идет медленнее. Фашисты втащили оставшиеся пушки на крыши домов, оттуда бьют по башням танков, бросают на них бутылки с бензином. Бой расчленяется на отдельные очаги. Танк лейтенанта Селицкого оступился и угодил в канаву. Оттуда выбрались, но при этом маневре потеряли гусеницу и танк застрял. На помощь ему подъехали танки Беляева и Пермякова. Колонна во главе с Арманом выбралась на шоссе и продолжила движение в тыл противника, расстреливая и рассеивая группы, направлявшиеся к фронту. Вышли к Эскивиасу, углубившись в тыл противника на 12 километров. Здесь противника не встретили и устроили привал, укрыв танки в садах. Увидели, как на большой скорости танк кого-то из разведчиков прошел назад из Эскивиаса в Сесенью, но он не заметил их и не ответил на сигналы, поданные ему по радио. После трехчасового ожидания в заранее обусловленном месте сбора, не встретив разведчиков, Арман подал команду повернуть назад. Фашисты уже знали, что по тылам разгуливают танки республиканцев, они устроили засаду и открыли огонь по танку Куприянова с дальней дистанции. Вреда танку не принесли, но выдали свое место засады.

Восемь итальянских танков «Ансальдо» противостояли нашим одиннадцати. Начался танковый бой – первый в истории. Танк Семена Осадчего, набирая скорость, устремился вперед в лобовую атаку на двух итальянцев. Те не выдержали и повернули назад. Осадчий настиг задний танк и таранил его. «Ансальдо» свалился в ущелье. Это был первый в истории танковый таран. На поле боя остались недвижимыми два итальянца, остальные повернули назад и скрылись за холмом. Положение для группы Армана становилось критическим. Оставался один маршрут – назад через Сесенью. Разделились на два отряда. Один из шести танков будет прорываться по улицам Сесеньи, второй из пяти танков обойдет городок с севера. Установили место сбора и сигналы о помощи. В самой Сесенье слышались выстрелы из танковых орудий. На полном ходу отряд Армана ворвался в селенье. Пули застучали по броне танков. Перед площадью стоял обгоревший танк Селицкого с открытыми люками. Гусеницу не удалось надеть. Рядом лежали тела командира танка, механика-водителя Мозылева, заряжающего Беликина. Выскочив из горящего танка, Николай Селицкий отстреливался до последнего патрона. Пехота республиканцев не дошла до Сесеньи, и экипаж Селицкого остался в одиночестве. В центре Сесеньи на площадь медленно выехал танк Лобача. Он горел, но продолжал стрелять. Механик-водитель Миколич вылез через десантный люк, но упал срезанный пулеметной очередью. Куприянов попытался взять танк Лобача на буксир, но оттащить горящую машину не удалось. Снаряд попал в бак с горючим, и машина взялась жарким пламенем. Участь экипажа решилась мгновенно. «Товарищи, прощайте…», – были последние слова Ивана Лобача.

Останавливаться под прицельным огнем противника опасно. Танки Армана нырнули в узкую улочку. И тут с балконов домов в них полетели бутылки с зажигательной смесью. Загорелся танк Армана. Огонь проник внутрь машины. Экипаж принялся тушить вспыхнувшую одежду, сбивать пламя со стеллажа со снарядами, продолжая движение и ведя бой с орудием противника. На помощь командиру пришли танки Осадчего и Колосова. Сбили пламя, накинув на танк брезент и применив огнетушители. Экипаж танка Федора Лысенко и Леонида Мерсона вытянули из танка в бесчувственном состоянии. Сорвали тлеющую одежду, привели в чувство, перевязали раны и ожоги, смазав их вазелином и тавотом. Обгоревший танк сильно закоптился, но мотор работал, и он продолжал движение. На самом выезде из Сесеньи стоял завалившийся в канаву танк Александра Соловьева – одного из разведчиков. Он не смог разыскать своих в установленных местах сборов и заспешил назад в Сесенью. Забарахлил мотор, остановились для ремонта и были окружены франкистами. Задраили люки и отстреливались, пока были боеприпасы. Противник не поджег танк – хотел взять экипаж живым. Только возвращение своих танкистов спасло их. Танк Глушкова взял их на буксир. 11 танков своим ходом и один на буксире через 16 часов возвращались на исходные позиции в Вальдеморо. О танке разведчика Климова известно, что последний раз его видел Соловьев в Эскивиадосе. Судьба его неизвестна, но, скорее всего, он погиб. Пехота республиканцев не атаковала и не захватила Сесенью. Сказалось полное отсутствие опыта взаимодействия с танками, низкая дисциплина, плохое обучение интербригадовцев. Танкисты группы Поля Армана в ходе этого боя уничтожили около 800 фашистов, 2 танка, подавили 12 орудий, несколько десятков легковых и грузовых машин, нарушили связь противника и дезорганизовали управление военными действиями. Наступление на Мадрид было приостановлено. Для восстановления поврежденных танков, заправки их топливом, пополнения боекомплектов перебазировали колонну и тыловое хозяйство в стационарные мастерские в 28 км восточнее Мадрида.

Последнее прижизненное фото отца.Последнее прижизненное фото отца.

No pasaran – они не пройдут!

На поле этого первого боя с фашистами погибли бобруйские танкисты И.В. Беликин, Денисов, А.И. Климов, И.Т. Лобач, П.В. Миколич, Д.Н. Мозылев, Н.А. Селицкий, В. Сергеенко. Уже 30 октября противник начал наступление, и 10 танков Армана контратакуют его на разных направлениях. В одном из боев в танк Осадчего попадает снаряд и участь его была решена. Через 6 дней непрерывных боев из учебного центра Арчена под командованием Дмитрия Дмитриевича Погодина прибыли две роты танков. Франкисты были уже в 5 километрах от центра Мадрида. Танки Армана остались в строю. Они несли в Мадриде патрульную службу. Весь день 9 ноября продолжались ожесточенные бои. Мятежники прорвали оборону и продвинулись на полтора километра. Танк старшины Куприянова смело пошел на вражеские позиции, ведя пулеметный огонь, но танкисты не заметили вражескую пушку. Прямое попадание – и весь экипаж погиб. От второго попадания в топливный бак танк взорвался, скатившись с горы в расположение войск противника. Мятежники были отброшены на исходные позиции. На два с половиной года этот рубеж в 5 километрах от центра Мадрида станет границей между фашизмом и народной революцией. 17 ноября поступил приказ всем оставшимся в живых танкистам группы Армана отправиться на отдых в учебный центр Арчену. Пять танков – все, что осталось от роты – передали испанским товарищам, прибывшим на смену. Через три дня поступил приказ танкистам группы Кривошеина отбыть на Родину.
31 декабря 1936 года постановлением ЦИК Союза ССР звания Героев Советского Союза с вручением орденов Ленина были присвоены танкистам из 4-й отдельной бобруйской мехбригады: командиру батальона капитану Полю Метисовичу Арману, командиру роты лейтенанту Дмитрию Дмитриевичу Погодину, командиру взвода лейтенанту Семену Кузьмичу Осадчему, командиру взвода лейтенанту Николаю Александровичу Селицкому, командиру танка младшему командиру Павлу Емельяновичу Куприянову, механику-водителю танка младшему командиру Сергею Михайловичу Быстрову. Двое из них были белорусы – Н.А. Селицкий и П.Е. Куприянов. П.М. Арман – первый, кто получил это высокое звание за боевые действия, а не за перелеты, как было до него.

Николай Александрович Селицкий родился в 1907 году в Минске. В 1931-м призван в Красную Армию. Окончил Орловскую бронетанковую школу. Проходил службу в 4-й механизированной бригаде в Бобруйске. В Испанию прибыл в составе группы Кривошеина в октябре 1936 года. Погиб в бою под Сесеньей 29 октября 1936 года. Уничтожил в этом бою несколько транспортных машин противника, батарею горных орудий. Когда его танк был подбит, выпрыгнул из горящего танка, отстреливался из пистолета, но был убит. На его груди марокканцы вырезали звезду, отрезали язык. Тела экипажа отбили наши танкисты и захоронили на городском кладбище в Мадриде.

Павел Емельянович Куприянов родился в 1908 году в деревне Старинцы Полоцкого района Витебской области. В 1929-м был призван в Красную Армию. Остался на сверхсрочную службу. В 1936 году окончил школу младших командиров, был направлен в 4-ю отдельную механизированную бригаду в Бобруйск. После поданного рапорта добровольцем отправился в Испанию. Участвовал в бою под Сесеньей 29 октября. Погиб 9 ноября в бою под Мадридом. В этом бою он уничтожил 2 вражеских танка, 8 орудий и около 200 солдат и офицеров противника. Его танк был подбит, вспыхнул и объятый пламенем скатился с горы и взорвался в расположении марокканских войск. Его именем названа улица в Полоцке, в честь его установлен памятный знак на Аллее Героев в Военной академии Республики Беларусь.
2 января 1937 года постановлением ЦИК Союза ССР орденами Красного Знамени были награждены все командиры взводов и командиры танков, участвовавшие в бою за Сесенью: Беляев, Глушков, Колосов, Лысенко, Мяновский, Павлов, Садченко, Соловьев, Ушаков, Широков, посмертно Климов и Лобач, а также механики-водители Григорьев, Долгополик, Листиков, Мерсон, Пермяков, Симонов; посмертно Беликин, Миколич, Мозылев, Денисов, Сергеенко.

Белорус Иван Тимофеевич Лобач родился в 1908 году в Полоцке. Окончил педагогическое училище и был назначен директором 7-летней школы рабочей молодежи в поселке стеклозавода «Труды». С 1928-го в Полоцком райкоме комсомола – заведующий орготделом. В Красную Армию призван в 1932 году. Службу проходил в 4-й отдельной механизированной бригаде в должности командира взвода. Возглавлял комитет комсомола этой бригады. Был избран делегатом Всебелорусского и Х Всесоюзного съездов комсомола в 1935 году. В Испанию прибыл в составе группы Кривошеина. Погиб в бою в городе Сесенья 29 октября 1936 года.

Иван Тимофеевич Лобач в 1935 году.Иван Тимофеевич Лобач в 1935 году.

Второй бобруйский десант под Гвадалахару

Вторая группа советских танкистов из 80 танкистов (многие из них из 4-й отдельной бобруйской мехбригады) тоже с 50-ю танками Т-26 прибыла в Испанию во главе с комбригом Д.Г.Павловым 6 декабря. Они составили костяк сформированной 1-й танковой бригады республиканской армии. Участвовали в ожесточённых боях за город Гвадалахара и на реке Харама. В составе этой группы были бобруйские танкисты Герои Советского Союза А.Г. Абрамович, К.Я. Билибин, Ф.К. Ковров, Г.М. Склезнев. Двое из них – белорусы.
Федор Кузьмич Ковров родился в деревне Посудьево Дубровенского района Витебской области в крестьянской семье в 1912 году. В Красной Армии с 1934 года. В Испании участвовал в боях под Гвадалахарой, на реке Харама, у города Теруэль. Награжден орденами Красного Знамени и Красной Звезды. Погиб 9 июля 1937 года в сражении под городом Брунете от прямого попадания снаряда в его танк. Посмертно присвоено звание Героя Советского Союза с вручением грамоты и ордена Ленина. Носить ордена ему не пришлось. Его именем названа Сватошицкая 8-летняя школа Дубровенского района Витебской области.
Николай Александрович Склезнев родился в Гомеле (Новобелице) в 1911 году. В Красной Армии с 1932 года. Окончил Нижегородское танковое училище в 1934-м, служил командиром танкового взвода в учебном батальоне 4-й мехбригады в Бобруйске. Отличился в боях под Мадридом. Награжден орденом Красной Звезды. Погиб 12 февраля 1937 года в бою на реке Харама. Посмертно присвоено звание Героя Советского Союза 27 июня 1937 года. Его именем названа средняя школа №2 и улица в Гомеле. Имя его высечено на стене у Вечного огня в Нижегородском кремле.

Всего же погибли в Испании 53 советских танкиста. Среди них белорусы: Петр Иванович Корсунов родился в 1910 году в деревне Понизовье Оршанского района Витебской области. С ноября 1936 года в Испании в группе Павлова механик-водитель танка Т-26. Погиб 12 февраля 1936 года во время танковой атаки. Награжден орденом Красной Звезды 2 января 1937 года.

Константин Дмитриевич Черниченко родился в 1911 году в Чериковском районе Могилевской области. С декабря 1936 года в Испании в группе Павлова механик-водитель танка Т-26. Участвовал в боях под Мадридом. Награжден орденами Красного Знамени и Красной Звезды 2 января 1937 года. Погиб в бою у реки Харама от прямого попадания снаряда в танк 12 февраля 1937 года.

9 мая 1989 года на муниципальном кладбище Фуэнкарраль в одноименном районе Мадрида торжественно открыт памятник советским добровольцам, погибшим в Испании в годы гражданской войны. Композиция представляет собой незавершенную триумфальную арку, символизирующую, что первое противостояние фашизму не принесло успеха. Под аркой массивный камень-алтарь. Плоскость его расположена под углом к горизонту и имеет очертание географической карты Испании – страны, в землю которой невозвратным маршем уходят интернационалисты. Скульптурное изображение колонны советских добровольцев провожает фигура женщины – олицетворение матери-Родины. Монумент воздвигнут над символической могилой. Франкисты не сохранили не только реальные могилы павших советскихвоинов, но и данные о местах захоронения. Венчает мемориал надпись на русском и испанском языках «Памяти советских добровольцев 1936-1939 г.г.». На боковой стороне памятника высечены имена 182 погибших добровольцев. Среди них бобруйские танкисты Герои Советского Союза А.Г. Абрамович, К.Я. Билибин, С.М. Быстров, Ф.К. Ковров, П.Е. Куприянов, С.К. Осадчий, Н.А. Селицкий, Г.М. Склезнев; награжденные орденами Красного Знамени и Красной Звезды И.В. Беликин, Денисов, А.И. Климов, П.И. Корсунов, И.Т. Лобач, П.В. Миколич, Д.Н. Мозылев, В. Сергеенко, К.Д. Черненко.

Испания помнит их поименно. Бобруйск помнит их словом «Испания» на памятнике воинам-интернационалистам. В других городах Беларуси такого слова на памятниках нет. На малой родине именами белорусов – первых Героев Советского Союза названы улицы, школы.
Участник первого боя с фашистами в Сесенье командир танка Ф.И. Лысенко после Великой Отечественной войны жил в Бобруйске, работал на мясокомбинате, избирался депутатом Верховного Совета БССР.
Вдовы погибших в Испании танкистов Мария Сигизмундовна Билибина, Наталья Алексеевна Черненко, Инна Владимировна Шершень (Лобач) до последних своих дней проживали в Бобруйске.