13-й прыжок бобруйчанина Александра Архипенко

2965
Бобруйчанин Александр Архипенко уже знаком нашему читателю. В 2010 году на сайте bobruisk.ru был опубликован рассказ том, как альпинист из Бобруйска покорял священную гору Арарат.

Александр Павлович Архипенко с сыном Станиславом и его другом Максимом Плышевским накануне прыжка.    Александр Павлович Архипенко с сыном Станиславом и его другом Максимом Плышевским накануне прыжка.

Бобруйчанин уже знаком нашему читателю. В 2010 году на сайте bobruisk.ru был опубликован . Но Александр Павлович — не только продвинутый альпинист. Недавно он совершил свой 13-й прыжок с парашютом и написал об этом эссе, которое мы предлагаем вашему вниманию.

Вот и осень. Деревья под дождем роняют последние свои листы. Все живое ждет нового момента, когда мороз скует холодом, и природа покроется снегом…

родился в 1958 году в д. Плесы Бобруйского района. Окончил Белорусский политехнический институт, инженер-электрик. Работал на БШК, в «Белэлектромонтаже», ПМК-103, ТЭЦ-2, с 1995 г. — индивидуальный предприниматель.

А мне вспоминаются все приключения этого года, но более всего один день этого лета. А именно 13 июля. День, который смог вернуть меня на некоторое время в молодость.

Тогда, вернувшись из армии, я увлекся парашютным спортом. В Бобруйском аэроклубе ДОСААФ прошел основательную подготовку и 6 марта 1979 года совершил свой первый прыжок с парашютом.
Да, это спорт не для трусливых. Из моей группы несколько человек в последний момент не решились сделать шаг в пустоту. Больше я их не видел. Но тот, кто сделал этот шаг, до конца дней своих не забудет свои ощущения.
Я это шаг сделал и посвятил его своей первой любви.

Эйфория чувств и гордость просто переполняли меня! И очень долго первый прыжок снился мне с каскадом всех ощущений.

За свою недолгую парашютную молодость я приземлялся и на дорогу Бобруйск-Минск (благо, интенсивность автомобильного движения тогда была не столь высока), и на двух парашютах одновременно, начал прыгать на управляемых парашютах и с задержкой раскрытия (в свободном падении). Но с поступлением в Минске в вуз с парашютным спортом пришлось завязать. И осталось у меня на счету 12 прыжков. Не много и не мало. И хотя потом я занялся не менее щекочущим нервы видом спорта — альпинизмом, но все годы шум мотора самолета АН-2 будоражил мое сердце. А вид планирующих парашютов вызывал ностальгию и зависть.

Шли годы, но небо по-прежнему манило. А иногда я в него поднимался — то на спортивном самолете, то на планере, но от возможности снова прыгнуть отговаривали врачи из-за проблем с позвоночником.

И все же для себя я решил, что свой 13-й прыжок я сделаю в 50 лет. А то получается, как будто 13-го прыжка я испугался.

Нам ли бояться.

В 50 лет как-то не сложилось. Но вот уже и взрослый сын заявил: «Папа, я хочу прыгнуть с парашютом». На что я ему ответил: «Хорошо, только про меня не забудь. Я тебе составлю компанию». Через год он заговорил об этом снова. Я понял, что у него это не сиюминутное желание, а нацеленность на самоутверждение.

Оказалось, стоит это удовольствие сейчас 700 тысяч рублей, и уходит на это весь день. Если врач даст «добро», и с погодой будет все ОК.

И вот собираемся в Минске. Я захватываю с собой ботинки-берцы на толстой подошве. У сына гостит его друг, бобруйчанин Максим Плышевский, будущий пожарник, приглашаем и его.

И утром 13 июля 2013 года мы, трое бобруйчан, едем в Минский аэроклуб ДОСААФ, который находится в районе Боровой. Ливень такой, что щетки в автомобиле с трудом справляются с потоком воды.

Сын спрашивает: «Какие прыжки в такую погоду?» На что я оптимистически отвечаю: «Ничего, день длинный».

По прибытию в аэроклуб видим на двери врачебного кабинета список из 11 человек, желающих пригнуть в этот субботний день. Записываю сына 12-м, себя — 13-м, Максима — 14-м. Себя 13-м неспроста, а чтобы молодых не смущало это число. А у меня и так все тринадцатое (13-й прыжок, 13 июля 2013 года).

Ко всему прочему, всего полгода прошло, как мне сделали операцию по поводу паховой грыжи. Пугали меня и поясничные грыжи позвоночника… Все это создавало такую опасную смесь, что я сам боялся.

Но, о чудо, врач допустил к прыжку. Деньги в кассу и — бегом на теоретическую подготовку.

В группе была одна девушка, которая специально приехала из Горок, чтобы осуществить свою мечту.

Готовил нас к прыжкам инструктор-парашютист Павел Николаевич Близнюк. После часовой теории нас в спортзале учили действиям парашютиста. После этого была отработка техники отделения из самолета и приземления в спецгородке. По своему опыту знаю, что для парашюта Д-5 это самый важный момент. Дело в том, что парашюты есть разных типов. Но принципиально подразделяются на десантные или спасательные и спортивные.

Первые, при правильной укладке, почти безотказные, но приземление на них почти неуправляемое и жесткое. Вторые (спортивные) требуют навыков для правильного раскрытия, но зато приземление обеспечивают управляемое и легкое. Но новичку никогда не дадут с ними прыгнуть. Значит, нам нужно готовится к жесткому приземлению, и главное правило здесь — держать ноги вместе.

После того, как инструктор сказал: «Достаточно!», я заставил сына еще пару раз прыгнуть с вышки с замкнутой между ног палочкой, чтобы он ее не уронил. В десантуре обычно в таких случаях зажимают берет между ног, и не дай Бог ты его уронишь при прыжках. Муштры не миновать.

Ну, вот мы и подготовлены, и дело осталось за малым. Дождаться погоды. Дождь давно прекратился, но ветер гнет верхушки берез. Ждем затишья. И вот звучит команда «Всем на летное поле». На взлетной уже разогревает мотор «Аннушка» — АН-2. Мы подходим к столам (разосланным на земле полотнищам брезента), получаем и подгоняем под себя парашюты, одеваем шлемы.

Рядом готовятся и спортсмены. Наша группа новичков должна прыгать первой. Построились по весу и росту, получилось, что первым будет прыгать мой сын Стас, затем его друг Максим. Третий — я, и потом все остальные. В последний момент нас разделили на две подгруппы и в каждую добавили спортсменов. И вот мы идет на посадку в самолет. 
Взревел мотор, и самолет начал разбег. По всему корпусу идет вибрация, и он подпрыгивает по кочкам взлетного поля. Но я знаю, что этот самолет не развалится. Старый добрый АН-2, обидно именуемый в народе «кукурузником», взлетает с любого поля и для этого ему достаточно 250 метров.

И вот мы в воздухе. Плавно плывем над Минском, набирая высоту. Постепенно все становится очень крохотным, игрушечными — самолеты на аэродроме и машины на дорогах, кубиками «Лего» — многоэтажные дома, лес — ровным зеленым ковром, поля — разноцветными лоскутами.

И вот инструктор открывает дверь в иной мир. В салон врывается свежий ветер высоты. Инструктор выбрасывает пристрелочный парашютик, чтобы определить поправку на ветер для выброски парашютистов. Выходим на боевой курс. Звучит команда «Подготовиться!» Встает мой сын Стас и подходит к краю открытой двери. За ним становится друг детства Макс. Лица напряженные, но решительные. Представляю их чувства, когда они глянули в пустоту, в которую надо шагнуть. Минута ожидания тянется бесконечно. Наконец звучит команда — «Пошел!» И сын шагает в небо. Через пару секунд делает этот шаг и Максим. А я волнуюсь за них, вглядываясь в иллюминатор.

Самолет разворачивается на второй круг, и я вижу в небе ниже нас два купола. Радуюсь, но до конца не успокаиваюсь: их ждет еще приземление. Опять звучит команда «Подготовиться!» На этот раз встаю я. Подхожу к двери и ставлю левую ногу у ее обреза. Правая рука за кольцо, левая — сверху. Наклон вперед. Вот она — моя молодость. До земли — почти километр. Зачем? Кому это надо? Мне!!! Чтобы быть Человеком! «Пошел!» И я резко выпрыгиваю в небо. Все органы — к горлу, свист воздуха в ушах, и все существо — в другом измерении. Рву кольцо, еще больший провал, потом резкий хлопок и все. Ощущение, что время остановилось, и ты тоже. Вокруг тишина. Где-то там внизу рычат и коптят автомобили, гудит город. А всего лишь в километре от планеты Земля — ни звука. Хочется петь, кричать, разрывать эту тишину.

Осматриваю купол, расчеканиваю запаску, направляюсь в подвесной системе. Постепенно земля приближается. Я спокойно вишу себе, а она приближается, и столкновения не избежать. Готовим ноги вместе, напряжены, слегка согнуты. Вот она, все ближе, ближе, быстрее, быстрее летит к тебе. Гак! Ух, как жестко. В молодости было мягче. Вес, годы, колени. Наверное, больше не стоит. Но свой 13-й прыжок я сделал.

Вижу, что и сын с другом укладывают свои парашюты в сумки. Значит, и у них все в порядке. Они настоящие мужчины, не струсили в свои 22 года.

Сын — в восторге, и это восторг записал в воздухе на мобильный телефон, но я ему посоветовал в интернет это видео не выкладывать, так как от избытка чувств присутствует непередаваемая игра слов. Понятное дело — эйфория. Эти мгновения он будет помнить всю жизнь, как и я.

А на сей раз свой тринадцатый я посвятил той, которая столько лет меня терпит и любит. 
Конечно же, парашютные дела не у всех прошли так удачно, как у нас. Один парень не расчеканил запаску, и сработал прибор, который ее раскрыл. Благо, не было ветра, и запасной парашют просто соплей повис вниз.
Единственная девушка из нашей группы при приземлении раздвинула ноги и в результате получила переломы двух костей голени.

Кстати, прыжки с парашютом в Бобруйске дешевле. В бобруйском аэроклубе можно записаться в секцию и стать спортсменом-парашютистом и не ограничиваться только одним прыжком. Как, например, Александр Молокович — предприниматель из Бобруйска, которого я имею честь знать. На его счету — 1 700 прыжков.

Если же вам страшновато один на один встретиться с небом, но хочется ощутить прелести прыжков и полетов, можно в Бобруйске, как и в Минске, прыгнуть в тандеме с инструктором-парашютистом на спортивном парашюте с высоты 3 000 м. Все действия в воздухе выполняет инструктор, он же мягко посадит вас на землю.

Можно полетать пассажиром на спортивном самолете или планере. Но это возможно будет сделать уже только в следующем году. Сейчас сезон закрыт. Готовьтесь морально и физически. Небо ждет смелых.