Директор вечерней школы № 8 Александр Бакуров: «Вечерняя школа — школа жизни»

2695

Директор вечерней школы № 8 Александр Бакуров.Директор вечерней школы № 8 Александр Бакуров.

Курсант Московского пограничного училища.Курсант Московского пограничного училища.

Цитата: «Наш педколлектив — кузница директорских кадров»

 

Родился: 5 июня 1971 года в Бобруйске в семье военнослужащего.

Учился: в СШ № 21, в Московском пограничном училище, в Белорусском государственном университете физической культуры.

Служил: зам. командира 3-й пограничной заставы Гродненского погранотряда.

Работал: контролер лекал на швейной фабрике им. Дзержинского, учитель физподготовки в Славянской гимназии, методист Центра краеведения и туризма «Бабраня», методист по физкультуре управления образования горисполкома, с марта 2012 года — директор вечерней школы № 8.

Семейное положение: холост.

 

«Я — один из тех, кого Родина предала…»

— Александр Евгеньевич, вы окончили пограничное училище, с детства мечтали быть пограничником?

Это училище КГБ, и я мечтал быть чекистом. Знал, что для этого у меня есть определенный набор качеств: я считал себя надежным человеком, способным к учебе и был уверен, что для родины будет лучше, если я поступлю туда.

— Вы начинали учиться в училище, когда был СССР, а окончили — Союза уже не было. «Раздрая» в душе не было?

— Конечно, был. Многие в то время предавали Родину, а я — один из тех, кого Родина предала, по крайней мере, я так считал. В то время, когда разваливался Союз, нас, курсантов училища, бросили в жерло национального конфликта на Памире, в Горно-Бадахшанскую автономную область. Там была, своего рода, генеральная репетиция Чечни, ваххабиты пытались заявить о себе силой оружия. Было неприятно, непонятно, зачем мы там, кому это надо. Если Родина ушла оттуда, то зачем мы?..
Потери были большие. Школа выживания у нас была, что надо.

И тогда я понял: если нет той страны, которой собирался служить верой и правдой, значит, надо искать другую сферу приложения своих сил. Поэтому после окончания училища перевелся в Беларусь и мирно прослужил полтора года на погранзаставе в Гродно, а потом в звании старшего лейтенанта уволился и вернулся в родной Бобруйск.

В родном Бобруйске вы стали учителем физкультуры. Странно, мужчины тогда в школы, кажется, не стремились. Как и теперь…

— Где я еще мог применить мои знания в области основ безопасности? Только учителем физкультуры. В Славянской гимназии отработал 7 лет. Все эти годы водил ребят в походы и экскурсии и сотрудничал с Центром краеведения и туризма «Бабраня», куда затем и перешел методистом.

 

«Работа на «Дзержинке» научила меня внимательности»

А о вечерней школе хоть какое-то понятие у вас было?

— Самое поверхностное. Правда, видел фильмы о таких школах. И замечательный кинофильм «Большая перемена», как мне кажется, лучше всего рассказал о проблемах вечерней школы. Его создатели ни в чем не соврали. Конечно, сейчас другое время, другие образовательные технологии, но атмосфера та же.

Вы ведь и сам после школы сразу пошли работать?

— Да, по окончании школы № 21 решил немного поработать на швейной фабрике имени Дзержинского. Работа эта дала мне многое, это хорошая школа. Рабочая биография, я уверен, важна для каждого, особенно подростку после окончания школы. И многое для жизни приобретают те, кто совмещает учебу с работой. Я оценил это по себе. Самое главное — работа дисциплинирует, потому что ты должен начать ее в такое-то время и окончить в такое-то.  И никого не волнует, что твой автобус опоздал, и родители, как в школе, не напишут оправдательную записку. Второе, чему научила работа на производстве — внимательности. В этом плане за время работы на «Дзержинке» я получил даже больше, чем в последующей жизни, чем в армии. У мальчишек в крови повышенная экстравертность, рассеянность. А я работал контролером лекал в подготовительном цехе, выписывал наряды, здесь надо быть точным…

Многие считают, что в вечернюю школу идут бездельники, чтобы, не прилагая сил, получить «корочку» о среднем образовании. Кто вообще идет в такие школы?

— Если начать жизнь сначала, после получения базового образования я бы пошел в такую школу. А к нам люди идут разные и по разным причинам. Многие — с целью повысить свой образовательный ценз. Они никуда не собираются поступать, не ждут карьерного роста, многие работают на заводах и фабриках, обременены семьями, и им есть на что потратить свое свободное время. Но идут и учатся. Учатся для себя. И, конечно, приходят те, кто собирается поступать. У нас многие планируют поступать в средние и высшие учебные заведения. В этом году пять наших выпускников окончили школу со средним баллом выше восьми. Вообще, для получения знаний в вечерних школах хорошие условия: работаем в две смены, с 9 утра и до 8 вечера, к учащимся индивидуальный подход, многие ученики занимаются с учителями дополнительно. А наш педколлектив — кузница директорских кадров города.

 

«Сейчас перечитываю Карлоса Кастанеду»

Александр Евгеньевич, в сети можно найти ваш роман «Шанс» в стиле фэнтези! Как вам пришло в голову его написать?

— Это не все, а только часть того, что «набродило». Все началось три года назад. Бурлило, бурлило в голове и однажды «накрыло». Как говорил Жванецкий, писать или писать надо тогда, когда уже не можется. По достижении этой точки кипения я сел за компьютер и за год накропал.

А бумажный вариант книги не ожидается?

— Пока что есть только электронная версия, изложенная в интернете. Но я не теряю надежды, обращаюсь к издателям, правда, никто не решается издавать. Что вполне понятно. Книга — это товар, издание книг — бизнес, который должен приносить доход. Издателям выгоднее публиковать уже «раскрученных» авторов.

А какие книги вы сами читаете?

— Больше философскую литературу. Одна из моих любимых — «Опыты» Монтеня. Сейчас перечитываю Карлоса Кастанеду. Но в школе я, хоть и налегал на классиков, но программу, к сожалению, осилил не всю. Так и не дочитал до конца «Войну и мир». Но обязательно в самое ближайшее время прочитаю. Такую цель я перед собой поставил. Понимаю, что классика строит мир, воспитывает людей.

Часто вспоминаю один конфуз. Учительница литературы как-то подошла и спросила, что я сейчас читаю. Я ответил: Тит Лукреций Кар «Трактат о природе вещей». За что был изгнан из класса…

Почему?

— Наверное, учительница посчитала, что я издеваюсь…

 

БЛИЦ-ОПРОС

Знак Зодиака? — Близнецы, причем Близнец ортодоксальный: все, что пишут о Близнецах — это обо мне.

Любимый цвет? — Как у бывшего пограничника, зеленый.

Любимое блюдо? — Люблю жизнь и все, что с ней связано. Поэтому люблю поесть вообще, всеяден. Но, грешен, обожаю сладкое.

Что любите выпить? — Зеленый свежезаваренный чай. А спиртное, скорее, редко, чем часто, и лучше немного, но хорошее.

Любимое животное? — Собаки и лошади.

Любимый фильм? — Не оригинален, но люблю старые советские фильмы. Боевики люблю, но чтобы был смысл, содержание. Фильмы со Шварценеггером обожаю. Тарантино люблю.

Какую музыку слушаете? — Я рокер от рождения. Люблю группы «U-2», «Роллинг Стоун», «Дип Перпл», «Пинк флойд», Боба Марлея, Гребенщикова, «Чайфов» и многих других.

Верите в жизнь после смерти? — Верю. Невозможно отрицать очевидное. Я полностью согласен с Кантом, который сказал: в отсутствие признания жизни после смерти жизнь земная смысла не имеет. Эйзенхауэр в свое время говорил, что в окопах нет атеистов. Я знаю это по себе.

Место, где бы вам хотелось побывать? — Люблю любые горы. И море. Лучше, если то и другое вместе. И белорусские леса люблю. А побывать мне хотелось бы… везде.

Александр МАЗУРЕНКО. Фото автора и из семейного архива А. Бакурова.