Польские бомбардировщики летали и над Бобруйском

3125

Трагедия сентября 1939-го до сих пор хранит в себе много неизученных фактов и событий. Одним из таких «белых пятен» является история пленения двух польских бомбардировщиков «PZL-37 Lo?» 13 сентября 1939 года на территории БССР, в районе Мозыря. Между тем этот сюжет заслуживает особого внимания.

В период межвоенного двадцатилетия польская военная авиация прошла значительный путь в своем развитии. К началу Второй Мировой войны командованию Войска Польского удалось оснастить свои ВВС современными на тот момент истребителями «PZL P-7» и «PZL P-11» а также бомбардировщиками «PZL P-23 Kara?». По техническим характеристикам эти машины не уступали самолетам сопредельных государств (в том числе СССР и Германии). В советском издании «Справочные сведения по воздушным силам», увидевшем свет в 1935 году, в частности, указывалось, что «польская промышленность выпускала отличные истребители отечественной конструкции, а также другие типы самолетов». Впрочем, как покажет начальный период боевых действий против нацистской Германии, количество боевых машин в польской армии было не достаточным для эффективного ведения оборонительной войны. 

Настоящей жемчужиной польского предвоенного авиапрома стал новейший бомбардировщик «PZL-37 Lo?». Как отмечают историки авиации, «Лось» принадлежал к семейству бомбардировщиков новой волны. Главной отличительной чертой этих самолетов в плане тактического использования была существенно большая, чем раньше, скорость полета. На авиационных выставках в Белграде и Париже эта машина произвела настоящий фурор, удивив военных специалистов разных стран скоростью 445 км/ч и бомбовой нагрузкой в 2,5 тонны.

Вскоре в Варшаву «посыпались» предложения из других стран о закупке нового перспективного бомбардировщика. Весной 1939 года Югославия подписала контракт на поставку 10 машин этого типа. Затем Болгария пожелала купить 15 «Лосей». Более того, болгары отправили своих военных пилотов на стажировку Польшу. Кроме этого, планировалось продать бомбардировщики в Турцию и Румынию, а лицензионную сборку у себя пожелали организовать Бельгия, Дания, Эстония и Финляндия.

Бомбардировщик Р-37 Lo?

После нападения Германии на Вторую Речь Посполитую «PZL-37 Lo?» планировалось привлечь для массированной бомбежки Кeнигсберга. Однако от этой идеи пришлось отказаться.  Первым боевым заданием для «Лосей» стала атака частей вермахта в районе Лодзи. По данным польских историков, за две недели сентябрьской компании польские бомбардировщики совершили 100 боевых вылетов. Однако фронт двигался слишком быстро. В таких условиях применение бомбардировочной авиации было не эффективным и даже опасным. Вполне можно было «накрыть» бомбами свои части.
Начиная с 1 сентября 1939 года, советская сторона пристально следила за тем, что происходило в соседнем государстве. Сталин готовился к «броску на Запад» и выжидал для этого подходящий момент. На советско-польской границе были усиленны патрули и наряды.

К исходу второй недели боевых действий в Польше Штаб ВВС Белорусского особого военного округа все чаще телеграфировал в Москву о случаях нарушения воздушного пространства СССР польскими военными самолетами. Так, 12 сентября 1939 г. в районе Шепетовки границу нарушил польский трехмоторный самолет. Углубившись на 9 км на советскую территорию, он повернул обратно и вернулся на польскую территорию. 15 сентября 1939 года ТАСС сообщило, что двумя днями ранее польские бомбардировщики нарушили советскую границу в районе Кривин и Ямполь. Двухмоторный польский истребитель был окружен советской истребительной авиацией и принужден к посадке. Польские пилоты: похорунжий Хенрик Удык, капрал-пилот Юзеф Бидик и рядовой Станислав Хоньдо были арестованы.

13 сентября 1939 года похожие события происходили и на территории БССР. Вот, что отмечалось в справке Начальника Первого Отдела штаба ВВС РККА полковника Пентюкова о нарушениях западной границы СССР польскими военными самолетами: «В 16-30 13.09.1939 г. в районе Житковичи (100 км северо-западнее Мозыря) три польских самолета типа «Лось» (PZL-37) перелетели нашу границу и углубились на территорию Советского Союза на 130 км. Один польский самолет в районе Василевичи (44 км на северо-восток от Мозыря) потерпел катастрофу. Экипаж погиб. Два других польских самолета были настигнуты нашими истребителями и посажены на поле в районе Давыдовичи. Экипажи невредимы, самолеты типа ПЗЛ-37 исправны». В сообщении ТАСС об этом происшествии сообщалось, что польские пилоты в составе 12 человек были задержаны.

Скорее всего, разбившийся под Василевичами польский самолет был сбит истребителями с красными звездами на крыльях. А вот две другие машины попали в руки советских властей. Экипажи этих самолетов были арестованы пограничниками. К сожалению, имена этих людей не известны. Из воспоминаний советского летчика-испытателя, уроженца Беларуси  Петра Стефановского мы знаем, что двое из польских пилотов были в звании поручик. Видимо, эти люди разделили судьбу десятков тысяч польских военнопленных, захваченных Красной Армией в Западной Беларуси и Западной Украине после 17 сентября 1939 года и расстрелянных НКВД весной 1940 г. Нет информации и о том, что стало с телами пилотов разбившегося под Мозырем польского бомбардировщика. Возможно, польские летчики были похоронены где-то неподалеку.
Бомбардировщики Р-37 вызвали большой интерес у советских военных конструкторов. Для перегонки «сохатых» в НИИ ВВС в Москву были откомандированы лучшие советские летчики-испытатели: начальник испытательного отдела сухопутных самолетов И.Ф. Петров, начальник отдела испытания моторов Г.А. Печенко, летчики К.А. Калилец, М.А. Нюхтиков и упомянутый ранее П.М. Стефановский.

Осмотр польских самолетов показал, что они исправны и готовы к перелету. Впрочем, по воспоминаниям участвовавших в той спецоперации советских пилотов, система управления «поляка» значительно отличалась от той, что была в советских машинах. Боясь отказов в гидросистеме, летчики вылетели с выпушенным шасси и взяли курс на Бобруйск.

Операция по транспортировке «трофейных» самолетов была засекречена, о ней никто не сообщил командованию частей ПВО РККА, находившихся в городе на Березине. Поэтому, когда над Бобруйском появились «чужие» самолеты с красно-белыми квадратами (польской «шаховницей») на крыльях, командиры расчетов зенитной артиллерии скомандовали «К бою». Советским летчикам пришлось демонстрировать чудеса пилотажа, чтобы не оказаться жертвой «дружественного огня». В конце концов, Стефановскому и Нюхтикову удалось посадить «PZL-37 Lo?» на аэродроме Бобруйска. На следующий день самолеты вылетели к месту назначения. Уже в Москве с «трофейной» техникой ознакомились представители советского правительства и командования Красной Армии. В период с октября по декабрь 1939 года на польских бомбардировщиках было сделано 39 полетов. Советские летчики отмечали, что «Лось» отличается хорошей устойчивостью на всех режимах полета, а техника пилотирования на нем, проще, чем на советских машинах аналогичного класса.

В результате начавшегося 17 сентября 1939 года «освободительного похода Красной Армии в Западную Беларусь и Западную Украину» трофеями советских войск стало значительное количество польских самолетов различных типов. Что же касается захваченных 13 сентября 1939 года польских бомбардировщиков, то их исследование продолжалось вплоть до начала Великой Отечественной войны.

Игорь МЕЛЬНИКОВ, кандидат исторических наук.

Снимки из Центрального военного архива Польши в Рембертове.

ОБ АВТОРЕ

Игорь Мельников — бывший бобруйчанин. кандидат исторических наук, магистр политологии Варшавского университета. Специалист по историографии истории Беларуси, польско-белорусским культурным и историческим связям, истории Второй Мировой войны. Автор более 100 научных и публицистических материалов в Беларуси и за рубежом. Работает редактором польского военно-исторического портала www.dobroni.pl.

«С Бобруйском меня связывает очень многое. Прежде всего, я там родился. Там долгое время жили мои бабушка и дедушка Юрий Васильевич и Нина Васильевна Бобковы. В городе на Березине живут мои друзья и знакомые. Живу на две столицы: Варшава и Минск», — сообщил автор.

 

РАНЕЕ НА САЙТЕ:

Без купюр: бобруйский детектив времен Второй мировой войны.